Суть в деталях

Фигура Бориса Ельцина до сих пор раскалывает общество. Для одних — демократ и реформатор, для других — могильщик великой страны. За этими спорами теряется простой вопрос: как обычный инженер из Свердловска сумел взлететь на самый верх и стать центром силы, которая разобрала систему по кирпичикам? Историк Евгений Спицын даёт неудобный ответ: позднесоветская элита сама, своими руками, создала и запустила проект «Ельцин». Это история не о герое, а о сбое в кадровом механизме, где личные амбиции, покровительство и аппаратные игры в итоге обрушили карточный домик...

6 февраля исполняется 100 лет актеру Владимиру Заманскому — человеку с редкой судьбой и биографией, в которой уместились война, лагеря, великая кинематография и сознательный уход от мира. Уже больше четверти века он живет в Муроме — в уединении, молитве и тишине — вместе с любимой и единственной женой Натальей Климовой, актрисой, с которой многие зрители выросли благодаря ее Снежной королеве. Как говорит о себе Владимир Петрович, он «совершил побег»: если бы остался в Москве, то, уверен, до таких лет не дожил бы...

Когда педагог в хореографическом училище строго говорила Наталье Трубниковой: «Думаешь, всего добьёшься одними глазками?», та пугалась — что не так с глазами? Оказалось, всё так. Просто глаза — это тоже труд. Именно ими она сыграла принцессу Мелисенту в мюзикле Леонида Квинихидзе «31 июня», где режиссёр потребовал почти полного отказа от мимики: царственные особы не разбрасываются эмоциями. Живая, смешливая по натуре, Трубникова справилась не сразу — но справилась так, что её героиня до сих пор остаётся символом утончённой женственности...

Никита Михалков — не только великий режиссёр и актёр, но и человек, который помнит, что значит быть на месте каждого артиста. Именно поэтому его подход к кастингам и съёмкам особенный: никаких формальностей, никаких «давайте подумаем, мы вам позвоним». Однажды на прямом эфире с гостем у меня на коленях сидел кот. Во время подготовки к фото Михалков увлёкся планшетом и совсем не реагировал. Я воскликнул: «А ну, смотреть в камеру!» И услышал виноватое: «Да, да, конечно…» Я просто рассмеялся: «Никит-Сергеич,...

Когда в индустрии начинают говорить вслух то, что годами шептали за кулисами, это почти всегда знак конца большого этапа. Именно так сейчас звучит история Ларисы Долиной. И дело тут не в одном скандале и не в одной резкой фразе — дело в накопившемся напряжении, которое наконец прорвалось наружу. Я слишком долго наблюдала артистическую среду, чтобы верить в внезапные падения. Они никогда не бывают внезапными. Сначала меняется атмосфера вокруг человека. Потом меняется тон коллег. Потом исчезает тепло публики...