Светофор РАССКАЗЫ

Аня сидела за компьютером и смотрела на экран, затаив дыхание. Аукцион заканчивался через минуту. Ставка была две тысячи рублей, и Аня знала, что это смешно. Она уже проверила лоты, изучила фотографии, прочитала описание. Фарфоровая кукла, Германия, конец девятнадцатого века. Фарфор, стеклянные глаза, оригинальное платье. Идеальное лицо. Идеальные руки. Ни одной трещины, ни одного скола. Такую куклу продавали за миллионы, а тут — две тысячи рублей. Продавец явно не понимал, что продаёт. Аня сделала ставку за десять секунд до конца...

Ирина стояла у плиты, когда услышала, как за спиной открылась дверь и по коридору пронеслись быстрые шаги. — Катя, завтрак на столе, — сказала она, не оборачиваясь. — Опять в школу без еды пойдёшь? — Не хочу я твою еду, — отозвалась девушка, уже натягивая куртку в прихожей. — Я не голодная. — Ты вчера тоже не ела. И позавчера. — И что? Ты теперь мне будешь считать, сколько я съела? Может, мне ещё вести дневник питания, чтобы ты отчитывалась перед опекой? Ирина вздохнула и обернулась. Катя стояла у зеркала, поправляя волосы, — высокая, худая, в чёрной куртке, с ярко накрашенными глазами...

Аня проснулась раньше будильника, потому что в голове уже крутился список дел, и первым пунктом в этом списке стояла поездка в консульство. Она выскользнула из-под одеяла, стараясь не разбудить Диму, прошлёпала на кухню, поставила чайник и открыла верхний ящик комода, где лежала плотная синяя папка с документами. Папка была на месте. Внутри лежали копии свидетельства о браке, страховки, договор аренды машины и брошюра консульства. Паспортов не было. Аня сначала даже не испугалась. Она просто перебрала...

В тот же день она отдала деньги — наняла на них двоих дюжих мужиков Квартира на четвёртом этаже пахла вчерашним борщом и старым ковром. В комнате, где стоял телевизор с треснувшим углом экрана, шёл очередной сериал, но никто его не смотрел. Мать сидела в кресле у окна, сложив руки на коленях, и молчала. Сын стоял посреди комнаты, покачиваясь с пятки на носок, и смотрел на неё так, будто она была не матерью, а запертым сейфом, к которому он потерял ключ. — Ну? — сказал он наконец. — Долго мы будем в молчанку играть? — Сколько нужно, столько и будем, — ответила она тихо, не поворачивая головы...