ЭХО МОСФИЛЬМА

За полвека работы в кино я повидал всякого, но история с этой картиной до сих пор вызывает у меня недоумение. Речь о короткометражке «Галя» – всего 33 минуты экранного времени, а сколько драмы вокруг нее было! Фильм сняли в 1940-м, а зрители смогли его посмотреть только в начале 90-х. Представляете? Полвека пленка пылилась в архивах «Ленфильма», пока ее наконец не оцифровали. И знаете что меня поразило больше всего? Причина запрета была настолько идиотской, что даже по меркам советской цензуры выглядит абсурдом...

Знаете, я всегда считал себя истинным ценителем советского кинематографа. Вырос на «Операции «Ы», засыпал под «Иронию судьбы», влюблялся вместе с героями «Москва слезам не верит». Но, друзья мои, даже в этой сокровищнице киноискусства встречаются такие «шедевры», после которых хочется промыть глаза святой водой и стереть память как в «Людях в чёрном». Помню, как-то на карантине, когда время растянулось как жвачка на асфальте в летний день, решил я заполнить пробелы в своем кинообразовании. Полез в архивы, скачал несколько редких советских фильмов, о которых слышал краем уха...

Семнадцать лет я проработал кастинг-директором на крупных телеканалах. Через мои руки прошли тысячи анкет и портфолио. Десятки кастингов каждый месяц. Сотни прослушиваний в год. И знаете, что я заметил? Некоторых актеров помнят годами, о других забывают на следующий день после премьеры. В последние годы из российского кинематографа исчезла целая плеяда украинских актрис. Они уехали громко, с заявлениями и обещаниями никогда не возвращаться. Но что интересно — их отсутствие почти никто не заметил...

Честно, недавно пересмотрела пару новых фильмов и опять накрыло это чувство... Ощущение, что с каждым годом наш кинематограф скатывается всё глубже в пропасть безликости. Вроде и деньги вбухивают немаленькие, и картинка местами неплохая, но как доходит до актёрской игры — хоть стой, хоть падай. Я давно собиралась написать о бездарных актрисах зарубежного кино (такая подборка у меня отсутствует), но как начинаю думать о наших... Руки опускаются! Список получился бы толщиной с "Войну и мир". Короче, решилась всё-таки на этот шаг...

Проснулся вчера от ватсапного звонка приятеля (который устраивает всякого рода квизы в нашем городе): "Слушай, помнишь этих двух здоровяков из 'Нянек'? Представляешь, одного из них уже нет в живых!" Я не сразу понял, о чём речь — мало ли каких нянек сейчас показывают. Может Николая Наумова и Арарата Кещяна из русского фильма с таким же именем. А потом как обухом по голове: те самые братья-качки из фильма моего детства, который мы с пацанами до дыр засмотрели на видеокассете! Надо же... Стал гуглить и погрузился в историю, о которой раньше даже не задумывался...

Помните их лица? Эти талантливые ребята сверкали на экранах, собирали полные залы и заставляли женские сердца трепетать. А потом... исчезли. Затерялись где-то между кадрами нашей памяти. Сегодня я расскажу вам о судьбах актёров, которые на пике популярности вдруг пропали с радаров российского кино. Каждый из них — отдельная драма, достойная собственного фильма. Всё началось в далёком сибирском Томске. Именно оттуда к нам пришёл молодой талант по имени Сергей Романович. Помню, как впервые увидел его...

Знаете, иногда я задумываюсь о странной избирательности нашей коллективной памяти. Мы с теплотой вспоминаем шедевры Тарковского, комедии Гайдая, мелодрамы Рязанова — но за этими яркими звёздами советского кинематографа скрывается целая галактика фильмов, о которых мы предпочитаем забыть. Причём забыть не просто так, а вполне заслуженно. Недавно я затеял странный эксперимент: решил посмотреть те советские фильмы, о которых почти никто не говорит, которые не показывают по телевизору в новогодние праздники и не включают в почётные списки классики...

Кино — это магия, пока не щелкнет хлопушка... Вы когда-нибудь замечали, как странно смотреть продолжение любимого фильма и вдруг понять, что что-то не так? Лицо знакомое, но... чужое. Будто в вашу любимую песню вписали новый куплет, который режет слух. История российского кино полна таких моментов, где замена актеров превращалась в настоящую драму — иногда смешную, иногда трагическую. Давайте заглянем за кулисы, где решались судьбы персонажей и карьер. Где одно решение режиссера могло разбить зрительские сердца или...

22 года назад на экраны вышел сериал, который навсегда изменил российский кинематограф. «Бригада» — история четырёх друзей, превратившихся в криминальных авторитетов — стала культовой. Но за фасадом «кодекса чести» и драматических перестрелок скрывались не только режиссёрские находки, но и грубые ошибки, а также личные драмы актёров. Сегодня мы разберём, как киноляпы и конфликты за кадром разрушили иллюзию «идеального» сериала. «Стадион-призрак» Первая серия начинается с видом на Москву с Воробьёвых гор...

1990 год. Москва. В гримёрке «Мосфильма» народный артист Владимир Самойлов, герой «Свадьбы в Малиновке», смотрит в зеркало и бормочет: «За что мне это?». На столе лежит сценарий под черновым и говорящим названием «Б*я». Через месяц он выйдет на съёмочную площадку, даже не подозревая, что этот проект станет позором его карьеры и символом краха советского кино. Я наткнулся на эту историю случайно, листая пыльные подшивки «Советского экрана». Статья 1991-го года кричала: «Позор!» — но не называла фильм...

Лед «Кэпитал Уан Арены» вздрогнул, когда Овечкин, будто разъяренный медведь, рванул к воротам «Питтсбурга». Три защитника бросились на него, как стая голодных псов, но он уже занес клюшку — тот самый фирменный замах, от которого у болельщиков мурашки бегут по спине. Удар. Свист. Сетка взметнулась, словно её ударили током. 767-я шайба в НХЛ. До рекорда Уэйна Гретцки — легенды, чье имя в хоккее произносят шепотом, — осталось всего 134 шайбы. Трибуны взорвались рёвом, но Овечкин не улыбнулся. Просто...

Новодевичье кладбище в Москве — место, где спят вечным сном те, кто при жизни громко менял историю. Но даже среди мраморных ангелов, советских звёзд и бронзовых бюстов есть один памятник, от которого стынет кровь. Он не кричит о величии, не пытается впечатлить размерами. Он просто нависает. Как тень, которую невозможно стряхнуть. Я шёл по аллее, увязая в осенней листве, когда впервые увидел его. Огромное каменное полотнище, застывшее в падении. Триколор, будто сорванный ураганом с древка, — алый, синий, белый...