Сундук судьбы

— Галочка, а ты салат оливье не сделала? — спросила свекровь, заглядывая в каждую миску на столе. — Павлик так его любит. — Сделала, Нина Петровна, — отвечаю я, доставая из холодильника большую салатницу. — Вот, только что закончила. — А майонеза не жалела? Павлик не любит сухой салат. — Не жалела. Я ставлю салат на стол и в который раз думаю, почему она всё время меня поучает. Как будто я не знаю, что любит мой собственный муж. Живём вместе уже пять лет, а свекровь до сих пор считает, что я готовить не умею...

Марина добавила меня в родительский чат в сентябре, когда наша Аня пошла в пятый класс. Я сначала не хотела туда заходить — терпеть не могу всякие групповые переписки, сплетни родительские. Но Марина настаивала: — Оль, ну зайди хоть изредка. Там важную информацию обсуждают — про экскурсии, про родительские собрания, про дополнительные занятия. — Да ладно тебе, — отмахивалась я. — Если что срочное, учительница позвонит. — Не всегда звонит. Вот на прошлой неделе объявили, что к математичке нужны тетради особые покупать, а ты не знала...

Повестку принесли в понедельник утром. Почтальон Вера Степановна стояла у двери с важным видом, протягивала заказное письмо. — Таня, тебе из суда пришло. Расписывайся. У меня сердце в пятки ушло. Из суда? За что? Ничего плохого не делала, налоги плачу, штрафов нет. — Вера Степановна, а что там может быть? — Откуда мне знать? Вскрывай да читай. Расписалась дрожащими руками, взяла конверт. Вера Степановна ушла, а я стояла в прихожей, боялась открыть. Муж Сергей уже на работу ушел, дочка Катя в школе...

Алексей должен был вернуться в субботу, а пришел в четверг вечером. Я как раз мыла посуду после ужина, когда услышала знакомые шаги в подъезде. Сердце забилось — узнала бы его походку среди тысячи. Дверь открылась ключом. В прихожей появился высокий загорелый парень в военной форме, с огромным рюкзаком за плечами. — Мам, — сказал он тихо. Я бросила тарелку прямо в раковину, побежала к нему. Обняла крепко, не могла наобниматься. Целый год не видела своего мальчика. — Лёшенька! Как же я соскучилась! Почему раньше приехал? — Дембеля дали...

Мне тогда девятнадцать было, жила с мамой вдвоём в двушке на окраине. Папаша от нас свалил, когда шестнадцать стукнуло, так что мы сами как-то крутились. Мама в продуктовом работала, а я в техникуме училась на бухгалтера. Денег особо не было, но жили ничего. Вот помню этот день. Мама борщ готовила, тётя Валя должна была из Воронежа приехать. И тут мама как заорёт: — Танька! Соль кончилась! А в борщ что добавлять? Полезли мы в шкафы — да, точно, ни щепотки не осталось. — Мам, так магазины же закрылись уже, — говорю я...

Телефон зазвонил в половине второго ночи. Я проснулась сразу, сердце забилось — кто же звонит в такое время? Обычно ночные звонки ничего хорошего не сулят. — Алло? — сонно пробормотала я в трубку. — Света, это Николай Петрович, ваш сосед снизу, — послышался знакомый голос. Николай Петрович жил под нами уже лет десять. Мужчина пожилой, одинокий, но приличный. Иногда встречались в подъезде, здоровались, о погоде поговорить могли. — Что случилось? — насторожилась я. — Что-то протекает к вам? — Нет, Светлана Ивановна, дело не в этом, — голос у него был какой-то неуверенный...

— Мам, я телефон забыла, — крикнула Настя из коридора. — Если что важное будет, ответь! Я кивнула, даже не подняв головы от готовки. Дочка убежала к подруге, а я осталась одна на кухне с борщом и её телефоном на столе. Шестнадцать лет девочке, а всё равно волнуюсь, когда без связи остаётся. Телефон завибрировал. Сообщение пришло. Я взяла его — вдруг что срочное? На экране высветилось: "Мамочка моя, скучаю очень. Когда увидимся?" Стоп. Кто это пишет моей дочери "мамочка"? У Насти есть только я — мама...

В поликлинику я пришла с обычной простудой. Горло болело третий день, температура держалась 37.2. Ничего особенного, но работодатель требует справку даже при легком недомогании. Записалась к терапевту Смирновой еще вчера через интернет. Сидела в очереди полчаса, читала какой-то старый журнал про здоровье. Рядом кашляли пенсионеры, сморкались, жаловались друг другу на всякие болячки. — Кузнецова Марина Викторовна! — позвала медсестра. Зашла в кабинет. За столом сидела женщина лет сорока пяти, приятная такая, волосы русые в пучок собраны...

Помню, как мама говорила мне с детства: — Марочка, главное в жизни — выйти замуж за хорошего человека. За того, кто тебя любит и ценит. А я всегда отвечала: — Мам, ну что ты как в прошлом веке! Сейчас женщины сами себя обеспечивают, замужество — не главное. Но когда встретила Андрея, поняла — мама была права. Хороший мужчина — это действительно счастье. Андрей работал программистом в большой компании, зарабатывал прилично, был внимательным и заботливым. Мы встречались полтора года, и я была уверена — он тот самый, единственный...

— Слушай, Петрович, а ты замки-то поменял уже? — спросил сосед Василий, встретив меня на лестничной площадке. — Какие замки, Вася? О чём ты? — Да как же, в квартире твоей. Говорил же тебе — смени замки обязательно. У предыдущего хозяина ключи где только не были. — Да ладно тебе, — махнул я рукой. — Какие там ключи. Квартира пустая стояла полгода. — Вот именно что пустая. А кто её проверял всё это время? Кто показывал покупателям? Мало ли кто ключи скопировать мог. Василий был мужик толковый, но любил всякие страшилки рассказывать...

На часах было половина шестого когда я открыла дверь своей квартиры. Тяжелый день на работе, босс опять орал на всех, зарплату задерживают уже второй месяц. Хотелось только дома упасть на диван и ничего не делать. Ключи бросила в прихожей, сумку тоже. И тут услышала какой-то странный звук из гостиной. Как будто кто-то плакал. Причем плакал совсем маленький ребенок. Я остановилась. У нас с Сергеем детей нет. Пять лет пытались, но ничего не получалось. Врачи говорили разное, то у меня проблемы, то у него...