Философ по не воле

Время в годах — наш приговор, Разбито на месяцы в цепях... Первое января — миг обмана, Конец одной, начало другой. Тени дней, пустота ночей, Часы молотят, как судьба... Жизнь сбрасывает старую кожу, Новая рождается в боли. Ждём перемен — но каких? Год тонет в тишине. Мы ждём в пустоте сигнала, Календарь лжёт про спасенье. Нет свободы в этих гранях, Только эхо внутри нас. Тени дней, пустота ночей, Порыв вперёд сквозь оковы пределов... Размышленья бьют, как выстрелы, Жизнь — круг без выхода. Ждём перемен — но каких? Первое января — мираж. Конец и начало — один удар, Мы не сдадимся, Кто-то шепчет внутри. Время ломает, но мы стоим, Жизнь вечна в ожидании. Ждём перемен — но каких? И жизнь угасает в огне прожитых дней...

Смех и труд – вот дело, помните, ребята, Обезьяна шла, хвост вила, лапы вразнобрат, Сначала пальцем ткнула в небо – "Да что ж тут?!" – Начала молотить, копать, строить, что ни шаг. Кулак с кулаком бился, мозг пытался думать, Колы забивала в землю роща обезьянья. Пахала день и ночь, и даже чуть не прыгала, Думала: «Чего ж хорошего делает мне труд?» Но вот руки стали тоньше, ноги – чуть посмелей, Ушли хвосты и мяукания, появились мечты. А на закате дней в пыльной мастерской однажды Бог глянул и сказал: «Хватит дятлить, ребята!» «Труд, конечно, молодец, руки развивает, Но человека — это я, милые звери, создал. Вы на самом деле в танцах ходите и шутите, А я зажёг в вас дух, чтобы жить и любить начали.» Так что труд обезьяну сделал чуть умнее, Но человека — это Бог, а не просто рабочий день!

ВО ВРЕМЯ ПУСТОТЫ! Голова — будто стеклянный проем, В нем — тишина. Нет мысли, нет звука, Только брак, только пауза, Молчание. Каждый день — как очередь, Как бетонный блок, ловко забитый в пустоту. И я — в этом пространстве, Где нет ничего — Даже себя. Но! Раз — и вспыхнет искра, Искра мысли, — как удар молотка по броне, Прорвется эта пустота и взорвется! И снова жить! Жечь! Стучать! Ведь пустота — не конец, Это — ремесло для тех, Кто не боится шуметь, Кто ищет космос внутри себя!