Дмитрий Говоров. Стихи 21 века

День обычный, всё как прежде: Дом, работа, беготня, Те же слабые надежды, Те же мысли и слова. Мчит по городу автобус, Под ногами поезда. Жизнь вращается, как глобус Из картонного листа. Понесут куда-то люди Свои бренные тела: Суета сует, по сути, Без которой никуда. Испаряются из вида В жарком ритме городском Голос тихий индивида, И семья его, и дом. Подгоняет к общей цели Техногенный марафон! Встали — сели, встали — сели Меж реальностью и сном. Город плачет и смеётся, Боль и радость — ерунда! Наших жизней нить совьётся В судеб тесные стога...

Есть всего один источник верный, В коем суть, начало всех начал. Он — определитель всякой меры, Он зерно, и древо, и финал. Истины источник первородный В полном праве и в любой стезе, В мудрости единственно исходной Послан озарением ко мне. Ну, а я, набравшись впечатлений, Замаравшись по уши в грехе Всех во мне живущих поколений И сомнений в собственном уме. Как смогу её оставить чистой? И смогу ль её не исказить? Прикоснувшись к чистоте лучистой, В жажде плотской истину испить? Как смогу оставить...

Здравствуй, утро! Здравствуй, новый день! Песнь пою хвалебную восходу! Прочь беги, космическая тень, По кругам бескрайним небосвода! Здравствуй, сила Божия во мне! Насыщай собою мои чресла, Пусть сгорят дотла в твоём огне Плотские хотелочки от беса. Душу заполняй Своим огнём, Дух Святой, от края и до края. Пусть сгорит любая нечисть в нём, Та, что к Богу близиться мешает. Здравствуйте, родные и друзья! Здравствуй, люд столицы величавой! Здравствуй, драгоценная моя Родина, пропитанная славой! Помолюсь...

Я поймаю мгновенье, каких в жизни мало. Непослушное время своё подчинив. Я тебя поддержу, когда очень устала. Я тебя в том мгновении очень люблю. Ты со мною не будешь бояться, как прежде, И легко проживёшь нашей жизни года. Сохранив наше счастье, которого мало И которого всем не хватает всегда. Я поймаю мгновенье, когда заключаю Твои хрупкие плечи в объятья свои. И в уме повторю сотни раз наши встречи, Когда скромно молчали о нашей любви. Я с тобою пройду все тропинки земные Среди сплетен людских и завистливых глаз...

Всё покрыто толстым слоем Замороженной воды. И бегут по снежным топям Зверя редкого следы. Наклонился клён к берёзе, На себя взвалив снегов. Почивая в снежной Бозе Остужающих оков. Стали узкими дороги И скрипучими пути. И любимые тропинки Не всегда можно найти. Заострились силуэты Тёмных пихтовых лесов. Ветви кренятся под весом Снежных беличьих следов. Всё белым бело белеет, Щурит глаз живая тварь. Только ёлка зеленеет И костра чернеет гарь. Завалило по колено И поляны и луга. Навалило столько снега, Что пройти почти нельзя...

Пыльный шкаф оцепенелый Дышит в спину хладным страхом. Воздух душно перепрелый Дом наполнил едким мраком. Вечер поздний, очень тихо, Тускло светят фонари… Мерзкий звук дверного скрипа Запускает сон внутри. На вершине иллюзорной, Там, где грёзы в лунном свете, Восседает ворон чёрный, Самый чёрный на планете. Не случайное виденье От усталости дневной, Но безвольное паденье В разговор с самим собой. Потекли рекой сомненья Под тоскливый волчий вой, Сдался внутренним страданьям Неокрепший дух слепой. И под тихие стенанья, В мыслях самоистязания, Проиграв последний бой, Погрузился в ад земной...

Что есть любовь? Спрошу у моря. — Любовь, как тёплая волна! И растворяет боль и горе Её солёная вода. Что есть любовь? Спрошу у ветра. Подует тёплый ветерок. Закружит листьями воронку Его невидимый поток. — Любовь — прохлада летней ночью. Она — желанье перемен. Любовь то молнией грохочет, То дарит тихий день взамен. Что есть любовь? — Ночей томленье, — Мне скажет юноша в ответ, — И мыслей плотское боренье, В объятьях розовый рассвет.  Что есть любовь? - Одно мученье! - Услышал мужеский ответ...

Давным-давно, средь темноты, И по причине неизвестной, Господь создал из пустоты Наш мир божественно чудесный. Когда Господь его создал, Наполнив множеством творений, Небытиё в ответ восстал Против Вселенной расширений. Антагонизм небытия Рождает космоса явленья, Как результат сражения Тьмы против звёздного свеченья. И в этой бесконечной буре, В борьбе между добром и злом, Разложено, как в партитуре, Всё, что когда-то познаём...

Я крупинка в таком мироздании, Я снежинка в таких небесах, В коих все совокупности знаний Оживили мой крохотный прах. Могу верить, могу и не верить В то, что я — лишь творенье Его. Не дано мне понять и измерить То, что выше всея и всего. Вот опять про себя рассуждаю, Напрягая словарный запас, Что же я обо всём этом знаю, Кто взирает с вершины на нас? Траекторию судеб движенья Кто-то очень умно задаёт. Он и место, и время рожденья, И родителей добрых даёт. Он — и форма, и способ мышленья, Восприятие жизни основ...

Прими в себе, что раньше отвергал, Не бойся иногда казаться глупым. Лишь тот, кто до конца себя познал, Тот наконец назваться может мудрым. Не бойся быть непонятым толпой, Не все способны думать о высоком. Но в трудную минуту будь собой, Хотя порой и будет одиноко. Открыт будь и всегда прямым путём Иди, и не желая в том награды, Отдай другому зонтик под дождём, Получишь с неба капельки прохлады...

Между прошлым и будущим тоненький слой Настоящего бытия. Он для нас существует, лишь он живой, Это наша иллюзия. Время быстро летит, не угнаться за ним, Мы во власти его скоростей. Мы из тонкого слоя увидеть хотим Суть его составных частей. Нам реальность эту придётся принять, В помощь — память и ум живой. Но стирается всё и не угадать, Куда движется этот слой. Ускоряется вдруг и куда-то спешит, Если счастьем наполнены дни. Но в печали как будто на месте стоит, Словно что-то понять должны. Путешествуют в будущем наши сны, И умершие в них живут...

Я не всегда был с ней знаком, Хотя она была так близко, Жила в сознании моём До сель неразвитом и низком. Она была так величава, Красива, статна и нага. И в спорах громче всех кричала, Была здорова и млада. Меня над всеми возвышала Её блудливая рука, Ведь безо всякого стесненья Она любила лишь меня. С такой, наверно, всем удобно, Неведомы ей стыд и боль. И на весь мир взирала злобно В меня вселившаяся моль. Но постепенно рос во мне Мой дух, и разум с ним тем паче. И я увидел срам её! Случилось так, а не иначе...