SPIRICK🌀: Мультивселенная Рандома

На каменистой вершине соседней скалы, аккурат через глубокое черное ущелье от владений Деда Грома, обитали Братья Гром. Два сутулых, косматых старика, похожих друг на друга как две капли болотной воды, но люто ненавидевших один другого всю свою жизнь. Они принципиально не разговаривали, предпочитая выражать эмоции швырянием пустых, трескучих молний в противоположные стороны горизонта. И всё бы ничего, но молния на их семейство полагалась всего одна. И это превращало их быт в перманентную маету. Зов прорывался к Братьям Гром как мучительное раздвоение в груди...

На самой глухой окраине Сладкого района, куда приторный розовый свет Современного центра долетал неохотно, а сахарная пыль толстым слоем оседала на подоконники, доживали свой век Клубнички. Пятеро престарелых ягод со сморщенными, поблекшими боками и совсем мягкими семечками. Они давно никуда не спешили, не участвовали в суетных закрутах и не гасили свежий зов. Они просто целыми днями сидели в ряд на старой деревянной веранде, провожая взглядами редких прохожих и вспоминая Рандом их далекой юности...

На Пограничной линии Рандома, где разбитая пустая дорога уходила в серый слоистый туман и никогда не возвращалась обратно, несли дозор Всадники. Их было четверо — безмолвные фигуры на вороных, лоснящихся конях, в тяжелых черных плащах, полы которых волочились по холодной земле. Лица дозорных всегда оставались скрыты глубокими капюшонами. Никто в городе не знал их имен, да и сами они вряд ли помнили, кем были до того, как седла стали их единственным домом. Каждую ночь они медленно ехали вдоль глухой невидимой черты, вглядываясь в сырую пустоту, словно ждали неизбежного...

На Верхнем ярусе Рандома воздух всегда был редким, холодным и слегка отдавал металлом. Именно здесь, на самом краю неба, висели Кристаллы — три массивных космических камня, которые освещали город. Не потому, что испытывали к нему нежность, а просто потому, что ничего другого делать не умели. Один Голубой, один Розовый и один Белый. Они никогда не двигались, не просили еды и не вели пустых разговоров, но весь Рандом зависел от их мерцания так же сильно, как Будка — от настроения Шефа. Раньше они выдавали ровный, увесистый свет, пахнущий озоном и арбузной коркой...

В Современном центре, откуда из-за мистического тумана ушли Маршалы, центральный банк города выглядел заброшенным театром. Фиолетовые неоновые вывески без букв судорожно моргали, отбрасывая длинные ломаные блики на сейфовую дверь главного хранилища. Возле неё, копошась в замке, сидел Шпион. Его ключевой предмет — набор тонких, стёртых от долгой работы отмычек — сегодня двигался с трудом, словно замок залили липким сиропом Сладкого района. Зов Шпион чувствовал как невыносимую, зудящую щекотку в пальцах...