Николай Бойков

Кассационный суд подтвердил ответственность работодателя за несчастный случай с электрочайником на рабочем месте. Сотрудница получила ожоги после того, как порыв ветра распахнул окно и опрокинул чайник с кипятком, стоявший на подоконнике. Нетрудоспособность составила 3 месяца. Работодатель пытался доказать, что причиной стала личная неосторожность работницы, а окно было исправно. Однако суды трех инстанций пришли к выводу: работодатель не обеспечил безопасные условия труда...

Когда говорят о нехватке кадров, часто кажется, что людей просто физически нет. Будто страна внезапно осталась без рабочих рук, без водителей, без токарей, без сварщиков, без слесарей и без тех, кто готов делать обычную тяжёлую работу. Но стоит рядом появиться вакансии с нормальной оплатой, понятным графиком и человеческими условиями, как выясняется: люди всё-таки существуют. Проблема начинается там, где работодатель хочет квалифицированного человека, но предлагает ему условия случайного исполнителя...

Иногда кадровая ошибка выглядит очень аккуратно. В штатном расписании должность закрыта, руководитель назначен, в документах всё спокойно, а в отчётах можно написать, что вопрос решён. Только сама система от этого не становится понятнее. Особенно это заметно там, где работа держится не на красивом названии должности, а на редком техническом опыте. Связь, радиотехнические средства, старое оборудование, штучное программное обеспечение, допуски, ограничения, память прежних специалистов — всё это нельзя быстро заменить фразой «обучим»...

Правительство РФ внесло в Госдуму законопроект, предусматривающий повышение страхового возмещения: ▪️ по долгосрочным рублевым вкладам (свыше 3 лет) — с 1,4 млн до 2 млн рублей; ▪️ по счетам эскроу для сделок с недвижимостью — с 10 млн до 30 млн рублей. Также предлагается скорректировать порядок выплат по отдельным специальным основаниям для увеличения максимального размера возмещения...

Домашнюю работу редко замечают в тот момент, когда она сделана. Никто не удивляется чистой одежде, приготовленной еде, записанному врачу, собранному ребёнку, купленным продуктам и дому, в котором можно просто жить. Всё это воспринимается как фон. Но стоит чему-то не случиться — ужина нет, форма не постирана, ребёнка некому отвезти, продукты не куплены, пол липкий, документы забыты, — и сразу становится видно: это была не мелочь. Это была работа. Просто пока она выполнялась каждый день, её называли заботой, привычкой или «ну ты же всё равно дома»...