Кариша Снежина/Повседневные истории

– Тётя, дайте десять рублей, – сказал мальчик. Я не услышала. Или сделала вид. Шла мимо ларька с мороженым, думала о своём – отчёты там, квартальные, начальник опять накричал. – Тётя, ну пожалуйста. Мне на булочку не хватает. Я остановилась. Посмотрела вниз. Мальчик лет девяти. Худой. До синевы худой – локти острые, щёки впалые. Волосы нестриженые, сосульками висят. Глаза прозрачно-голубые, как у щенка, которого выкинули на помойку. – Десять рублей, – повторил он. – Всего десять. У меня в кошельке мелочь нашлась...

– Мам, срочно. У Сони температура, я на работе, забери Максима из сада, я позвоню, скажу, что ты придёшь. Галя посмотрела на платье, которое повесила на дверцу шкафа. Тёмно-синее, с поясом. Борис обещал заехать в шесть. В театре сегодня «Три сестры». Она мечтала об этом спектакле два месяца. – Мам? Ты слышишь? – Лена, я не могу сегодня. В трубке повисла тишина. Такая плотная, что Галя услышала, как за окном чихнула машина. И как где-то на кухне капает кран. Она подкрутила его утром, но он всё равно капал...

Я готовилась стирать. Разобрала бельё, взяла летние брюки мужа – те, в которых он пришёл сегодня с работы. Начала проверять карманы. И нащупала что-то твёрдое. Маленький плоский ключ. С синей пластиковой головкой. Такие дают в новых домах – к входным дверям с усиленным замком. У нас не такие. У нас старые, советские, из хрущёвки. Этот ключ был чужой. Десять лет мы женаты. Десять лет я стирала, гладила, убирала, растила дочь. Десять лет я верила каждому его слову. Он приходил с работы, ужинал, смотрел телевизор...

– Лен, можешь куртку дать, а? Твоему уже мала, а моему Пашке как раз в пору. Оксана стояла на пороге, держа за руку своего трёхлетку. Я смотрела на красную зимнюю куртку, которая висела в прихожей. Вторую зиму. Мой Андрей её почти не носил – быстро вырос. – Забирай, – сказала я. – Всё равно без дела висит. Оксана радостно закивала, стянула куртку с вешалки и тут же начала застёгивать на сыне. Влезла. Ещё и с запасом. – Спасибо, ты такая добрая! Я тогда ещё подумала – ну что мне, жалко, что ли? Вещи детские быстро становятся маленькими...