Сказки для взрослых женщин

Начало тут Рюкзак полетел в лужу вверх дном. Учебники, тетради, пенал и тот самый дневник с маминой кривой подписью разлетелись по бурой воде. Вокруг захохотали. И тут сквозь смех раздался звонкий девчочий голос, от которого замолчали все, даже Гоша Рыжов...

Начало тут Дневник лежал под диваном, завёрнутый в старую футболку. Света нашла его случайно, когда полезла за закатившейся пуговицей. Раскрыла на последней неделе и застыла. В графе «Математика» красной ручкой стояла жирная двойка. Первая двойка в жизни её сына. В прошлой главе: Света устроилась официанткой в кафе «Сибирячка». Первая смена обернулась разбитой чашкой и стёртыми ногами, но у неё появилась подруга Катя. А дома её ждали два бутерброда и записка от Вити: «Мам, это тебе. Ты ведь не ела»...

Начало тут Чашка выскользнула из рук на третьем часу смены. Тонкий белый фарфор ударился о плитку и разлетелся на десяток осколков прямо под ногами у хозяйки кафе. В зале стало тихо, как на контрольной. И Света, учительница высшей категории, автор методички, по которой занимались три московские школы, опустилась на корточки собирать черепки под взглядами двадцати чужих людей. В прошлой серии: Света с сыном Витей поселились в однушке в Черёмушках у строгой Зинаиды Павловны. Работы учителем в середине года не нашлось ни в одной школе...

Начало тут — Никаких мужчин, — сказала хозяйка и потрясла связкой ключей перед самым Светиным носом. — Ни мужей, ни ухажёров, ни «друзей по работе». Брат может до девяти вечера. Увижу чужие ботинки в прихожей — выселю в тот же день. Деньги не верну. Света чуть не рассмеялась. Мужчины были последним, о чём она сейчас думала. Она ещё не знала, что через два месяца это условие станет самой большой проблемой в её жизни. Черёмушки оказались совсем не похожи на московские. Пятиэтажки стояли среди высоких...

Начало тут Полицейский шагнул к вагону первым. Света стояла на подножке с чемоданом в руке и не могла сделать ни шагу вниз. А через сутки, в пять утра, на чужой кухне ей расскажут такое, от чего станет стыдно так, как не было стыдно даже на педсовете. Красноярск встретил их ярким октябрьским солнцем и холодным ветром. Над перроном возвышалось здание вокзала со шпилем, похожее на маленький терем. Воздух пахнул иначе, чем в Москве: хвоёй, дымом и чем-то чистым, как первый снег. Полицейский оказался невысоким крепким мужчиной лет сорока...