Истории, как сама жизнь

«Освободи квартиру к субботе», – сказала свекровь и выложила на стол пирог с яблоками, будто пришла на чай, а не выселять меня. Я стояла с чайником в руках и не сразу поняла, что это не шутка. Людмила Викторовна шутить не умеет. Меня зовут Алина, мне тридцать один, я флорист в ларьке у метро, руки вечно пахнут землёй и шипами роз. Три года мы с Димой живём в этой однушке в Люберцах, квартиру шесть лет назад купила его мама. Муж улетел в командировку в понедельник. Десять дней, буровая под Новым Уренгоем, связь там через раз...

Пятого числа каждого месяца мне звонит не муж, а его мать. И просит одно и то же: тридцать тысяч до пенсии, хотя пенсия у неё, между прочим, уже третий день лежит на карте. Меня зовут Арина, мне тридцать три. Работаю администратором в автосервисе на окраине города, запах машинного масла въедается в кожу так, что чувствую его даже после душа. Мужа зовут Дима, ему тридцать шесть, он мастер на мебельной фабрике. На звонки матери отвечает обычно одним словом: «угу». Началось всё одиннадцать месяцев назад...

Банкомат у «Пятёрочки» зажевал мою карту, будто подавился. Я позвонила на горячую линию банка прямо от банкомата. Голос в трубке был вежливый и ровный. «Ваш счёт арестован по исполнительному производству». Одиннадцать лет я работаю кассиром в магазине «Стройдвор», и за это время привыкла, что слово «производство» касается кирпичного завода за объездной, не меня. Девушка-оператор уточнила сумму. С карты уже списали сорок шесть тысяч рублей одним днём, без предупреждения. Я стояла с квитанцией за свет в одной руке и телефоном в другой...

Я открыла кухонный шкаф, хотела взять свою кружку. Вместо моих четырёх разномастных на полке стояли шесть одинаковых, в синий горошек, ровным рядком, будто в магазине посуды. Я закрыла дверцу и открыла снова: может, перепутала шкаф? Не перепутала. Мои кружки пропали за один день, пока я гуляла с Матвеем во дворе. Дима на мой вопрос лишь пожал плечами: мама заходила, решила, что старые были треснутые, и выбросила. А потом я заглянула в ведро под раковиной и нашла свои кружки. Целые. Без единой трещины...