Понятная Наука

Небо голубое, а закат красный Каждый день над нами разыгрывается оптический трюк, к которому мы так привыкли, что перестали удивляться. Утром небо голубое. Вечером — оранжево-красное. А солнце при этом всё то же, и воздух всё тот же...

Лётчику раздробило обе ступни. Он один, в чужом лесу, зимой, на земле, занятой врагом. До своих — десятки километров. Любой нормальный исход тут один, и он печальный. Алексей Маресьев полз восемнадцать суток. А когда ему ампутировали обе ноги, сделал то, во что не верил ни один врач: снова сел за штурвал истребителя и сбивал немецкие самолёты — на протезах. Его имя знал весь Советский Союз, но за хрестоматийным образом стоят детали пострашнее любой легенды. Разбираем эту историю по частям. Был апрель 1942 года...

Пустышка без единой молекулы лекарства Человеку дают таблетку. Внутри — обычный сахар, ни грамма действующего вещества. А боль отступает. По-настоящему, измеримо. Так, будто он принял настоящее обезболивающее...

Три сердца, голубая кровь и восемь рук Если бы вас попросили выдумать инопланетянина, вряд ли вышло бы страшнее осьминога. Три сердца. Кровь цвета неба. Ни единой косточки в теле. Мозг, растёкшийся по восьми рукам, и каждая соображает сама...

Шла Вторая мировая. Американские бомбардировщики возвращались с заданий, изрешечённые огнём — фюзеляж в пробоинах, крылья как сито. Военные смотрели на эти машины и приходили к очевидному выводу: вот сюда, где больше всего дыр, и надо вешать броню. Логично же — бьют именно туда. Один человек посмотрел на те же самые самолёты и сказал, что вывод неверный. Полностью. Бронировать, по его словам, нужно ровно те места, где пробоин не было вовсе. Звучало как бред кабинетного очкарика, спорящего с боевыми офицерами...