Шорох страниц

Я сказала, что больше не буду посредником. И в этот момент поняла, что в семье крайняя снова я. Мне 58 лет. У меня двое взрослых детей. Сыну 39, дочери 36. У каждого своя семья, своя жизнь, свои обиды...

Я не написала заявление сама. Просто сказала, что доработаю до пенсии. И с этого момента на работе я стала лишней. Работаю здесь давно, больше двадцати лет. Не начальник, обычный специалист. Документы, звонки, отчеты, клиенты, вот это все...

Я пришла в поликлинику без записи, потому что не могла больше ждать. И вышла оттуда с ощущением, что мне как будто нет места. Ни в очереди, ни вообще. Мне пятьдесят восемь. Живу в обычном районе, работаю, не лежу целыми днями на диване...

Я продала его вещи сама. Никого не спрашивала и ни с кем не советовалась. А потом узнала, что для детей я сделала почти преступление. Мне 62. Мужа не стало три года назад. Инсульт, все быстро, без долгих прощаний...

Когда дочь приехала с чемоданом, я сама сказала это слово. Ненадолго. Тогда оно показалось безопасным, почти ничего не значащим. Сейчас это слово давит на меня каждый день. Дочери 27. Она рассталась с парнем, срочно съехала с квартиры и позвонила вечером, почти плача...