Саша Коскин

Систематитиськи Вчера я нашел в коробке кусочек прошлого — пожелтевший чек приколотый к гарантийной книжке. Оказывается, 16 лет назад, зимой 2008 я купил себе электронное пианино. Помню, как распаковывал его и собирал, подключал проводочки, ставил на заранее подготовленное место у окна, а потом радостно тыкал на клавиши с взвешенным молоточковым механизмом. Такой механизм почти не отличить от акустического. В музыкальную школу я не ходил, поэтому в 20 лет пришлось учиться с нуля. К учителям мне тогда стыдно было идти — образ самоучки был почему-то священен и я ковырял технику и музтеорию в одиночку. Больше всего мне нравилось импровизировать. Я выучил несколько последовательностей аккордов минорного блюза и после учебы и занятий, ближе к ночи, садился за клавиши, надевал наушники и играл. Получалось хуже, чем звучало в голове, но получалось. А чтобы получалось еще лучше, были систематические занятия. Гигабайты книг, видео, курсов и систем до сих пор лежат на старом жестком диске. Особенно в первые два года я очень много читал, много разбирал и много занимался. Систематитиськи. Через два года в новогоднюю ночь я гостил у друзей на даче и откопал там старенький синтезатор. Это был мой музыкальный дебют и одновременно первый маленькиц триумф: мои друзья — музыканты, гитаристы и певцы — жали мне руки и джемили вместе со мной. Многообещающее начало не получило продолжения. Я слишком любил импровизировать. И слишком любил, когда у меня что-то получается. Это опасная смесь. Вместо того, чтобы играть гаммы, работать над техникой, углублять теорию, читать с листа, расширять репертуар — то есть системно, — я занимался тем, что у меня получалось лучше всего. Импровизировал. Но постепенно техника все сильнее отставала от музыкального сознания и импровизация приносила все меньше и меньше радости. Я не прекратил играть, мое пианино и сейчас стоит в комнате, правда, не у окна, а у стенки. Но теперь дочь подходит к нему чаще меня. За нее я рад — три года намного более подходящий для этого возраст, чем двадцать. Я и теперь изредка играю, но большая часть того, что я умею сегодня, родом из тех двух лет систематических занятий. Система всегда сталкивает тебя с трудностями, заставляет встречаться со слабостями, упражнять то, что трудно дается. А в блюзовой импровизации я нашел легкий путь — я красиво играл и это мне дешево стоило. Что было бы, если бы я не бросил занятий, если бы занимался систематически не два года, а пять, десять, шестнадцать? На одной из репетиций в театре, коллега — выпускник музыкального института — слушал, как я играю, потом сел рядом, мы поиграли в четыре руки и он мне сказал: "не могу поверить, что ты нигде не учился". Я ответил ему: "я тоже не могу поверить. Не могу поверить, что я был так глуп". Люди могут восхищаться моей игрой, но ни о какой музыкальной карьере не может быть и речи — опытное ухо сразу же распознает дилетанта. Может быть, и талантливого, но дилетанта. Систематические занятия — это единственный путь к результату. Я радуюсь, что в других областях мне хватило ума и терпения заниматься системно. И своим ученикам я настоятельно рекомендую выбрать систему и заниматься, заниматься, заниматься. Жизнь слишком коротка, чтобы растрачивать ее зря. Нельзя стать профессионалом во всем, но тем, кто настроен серьезно, нет причин оставаться талантливыми дилетантами. Иначе потом вместо живых достижений придется перебирать фантики прошлого и хватать за хвост тягостные "если бы". ___ А если не хочешь попасть в такую же ловушку, нужно начинать работать прямо сейчас. Вот тут лежит система генерации замыслов, которая однажды помогла моей ученице за месяц разработать концепт, который купил продакшн.