Николай Сапунов - блог директора ИТ компании

Так и падают трансляции. CDN отдаёт один кусок видео тысячам людей из своей копии, не беспокоя origin – сервер, где кусок лежит изначально. Копию она узнаёт по ключу кеша – по сути, адресу запроса. Ключ совпал – кусок отдаётся за 10–50 мс. Не совпал – промах, и запрос уходит вверх, а то и к origin: 0,1–0,5 с. Если адреса двух зрителей различаются хоть в чём-то, для человека это один кусок, а для CDN – два запроса. Доля попаданий в кеш обваливается, промахи лавиной идут наверх, origin насыщается – и поток падает...

Склеить их пытаются только сейчас. На входе – одно соединение от площадки, и его надо удержать живым на плохой сети: RTMP, SRT, RIST, WHIP. На выходе – миллионы зрителей, и раздать надо всем, не разорившись: HLS и DASH. Вход работает как push: энкодер сам шлёт кадры, как грузовик с посылкой к двери. Выход – pull: плеер сам просит видео кусок за куском, как покупатель у стойки склада. Push кешировать некому: байты существуют только на проводе...

Но там, где виден сбой, его причины почти никогда нет. 15 ноября 2024 года пик одновременного просмотра составил около 65 миллионов потоков. Между камерой и экраном видео проходит девять участков: съёмка, доставка в облако, пересборка и нарезка, origin, CDN, последняя миля, буфер плеера, декодер и экран. Видео движется по ним в одну сторону, как по конвейеру. Брак на любом участке проявляется на всех следующих и ни на одном предыдущем. Зритель жалуется: «картинка встала» – это девятый участок...

Он видит лишь, как быстро скачал последний кусок видео. Видео раздают кусками по несколько секунд в нескольких вариантах качества. Какой брать следующим, решает алгоритм адаптивного битрейта: делит байты последнего куска на секунды скачивания. Если скорость упала с 8 до 3 Мбит/с, плеер заметит это на ближайшем куске и переключится на ступень ниже. Но есть слепое пятно. В куске ровно столько байтов, сколько заложил кодировщик. Если плеер качал низкое качество,...