Амбассадор Русской Культуры / Блогер Ярославль

Уральская кухня — это история про щедрость: чтобы хватило всем, чтобы сытно и с запасом. И прежде всего — это история выпечки. В окрестностях Екатеринбурга и Перми пекли крошечные пирожки-посекунчики — чуть больше пельменя, но с характером. Их название — от слова «сечь»: мясо для начинки не крутили, а мелко рубили ножом. В результате пирожок буквально «сочился» соком — отсюда и любовь к нему. В Оренбургской губернии пироги возводили в культ. Там «царем пирогов» считался курник — обязательный гость на свадьбах и больших семейных торжествах...

Мы говорим «вывести на чистую воду», когда хотим разоблачить — поймать на лжи, сомнительном поступке или странном поведении. Откуда пошло это выражение и что оно значит на самом деле? Словари, кстати, не слишком разговорчивы: точную дату рождения выражения они не называют. Но в Национальном корпусе русского языка первые следы «чистой воды» ведут в начало XIX века. Тогда оборот чаще всего звучал в устах литературных героев — как будто уже был понятен всем и не требовал пояснений. Лингвисты предлагают несколько версий появления этого выражения — и каждая звучит почти как миф...

Полоскательницы вошли в моду в начале XVIII века, когда чай перестал быть экзотикой и стал частью повседневной жизни. По форме — круглая чаша диаметром 15–20 сантиметров. Сначала их делали из глины и металла, а для богатых — из серебра. Но как только Европа освоила фарфор, полоскательницы стали настоящими произведениями искусства. Мейсенская мануфактура, например, украшала их росписями, позолотой, а позже — модной деколью. Искусствовед Мики Сакураба писал, что полоскательницы использовали по-разному — в зависимости от страны, дома и даже настроения хозяев...

Когда мы говорим «съёмная квартира», в воображении всплывает что-то временное и слегка безликое. А ведь когда-то аренда была двигателем архитектуры, культуры и даже литературы. Так появились доходные дома — здания, которые строили не для жизни «в них», а для жизни за их счёт. Идея, на самом деле, древняя. В Древнем Риме уже стояли инсулы — многоэтажные дома, где на верхах ютился простой люд, а внизу кипела городская жизнь. Спустя века Европа вернулась к этой модели: промышленная революция разогнала города, рабочим нужно было жильё, а предприимчивым владельцам — стабильный доход...

Есть сцены, которые мы «помним», даже если никогда их не видели. Одна из них — Иван Грозный с безумными глазами, прижимающий к себе умирающего сына. Мы знаем её по картине Репина. Но знаем ли мы саму историю? Царевич Иван Иванович умер 19 ноября 1581 года в Александровской слободе — месте, где власть была особенно плотной, почти осязаемой. Это была не просто крепость, а сердце опричнины, личный мир Ивана IV. И именно там произошла смерть, ставшая одной из самых спорных в русской истории. Версий — несколько, и ни одна не даёт полного покоя...

Квас на Руси был чем-то большим, чем просто напиток. Его пили в жару и холод, добавляли в окрошку, ставили на стол к обеду — и, что особенно важно, подавали красиво. Для этого существовала особая посуда: квасники и кумганы. Не просто кувшины, а настоящие арт-объекты XVIII века. Самые древние из дошедших до нас сосудов сделали гжельские мастера. Один из них даже «помнит» точную дату рождения — 1771 год. Формы у этих квасников были смелые и сложные: в центре — диск, а иногда и сквозное отверстие, куда клали лёд, чтобы квас оставался прохладным...

Совсем недавно в Ярославле прошел фестиваль народных промыслов. Там можно было не просто смотреть, а пробовать руками: выводить узоры гжели, чувствовать ритм и цвет хохломы, работать с майоликой, расписывать жостовские мотивы. Видеть, как из простого движения кисти рождается характер, история, настроение. Настоящее погружение в культуру — через действие. А также создать свой цифровой шедевр. Но самое важное — если вы не смогли побывать на фестивале, это вовсе не повод проходить мимо. Сейчас народные...

Фарфоровый сервиз — гордость семьи Он стоял под стеклом, сиял позолотой и почти никогда не использовался. Фарфоровый сервиз был универсальной валютой: его дарили на свадьбы, юбилеи, «в складчину от коллектива». Доставали с трудом, через знакомых, и берегли как семейную реликвию. Особая любовь — дулевский фарфор. Яркий, «ситцевый», с народными орнаментами. А легендарная «Сирень» — кажется, была буквально в каждом доме: тонкие цветы, светлый фон, золотая кайма и ощущение праздника, даже если просто смотришь...

В Ярославле прошел Фестиваль народных художественных промыслов Два дня Академия Пастухова ТГУ жила в ритме узоров, красок и смыслов. Гжель, хохлома, майолика, жостово, финифть — всё это на мастер-классах от художников, которые делились ремеслом, как семейным секретом. Отдельный восторг — тема «цифры»: когда народный орнамент вдруг оживает в цифровом формате и становится мостом между прошлым и будущим. Да, традиции умеют дружить с технологиями — и делают это красиво. Прошла и выставка, где можно было...

Первые попытки поймать цвет на фото начались ещё в XIX столетии. Учёные и фотографы по всей Европе экспериментировали с фильтрами, пластинками и химией, пытаясь сделать невозможное — остановить не только форму, но и цвет жизни. Но первую по-настоящему внушительную коллекцию цветных фотографий в мире собрал русский фотограф Сергей Прокудин-Горский. Не просто энтузиаст, а человек с инженерным мышлением и почти одержимой верой в будущее цвета. Он запатентовал сложный метод: камера делала три снимка подряд через красный, зелёный и синий фильтры...

Первые художники на Руси были одновременно и живописцами, и химиками. Краски не покупали — их варили, томили, перетирали и… иногда рисковали жизнью. И нередко на приготовление цвета уходило больше времени, чем на саму роспись. Иконы писали на деревянных досках, покрытых левкасом — смесью мела и клея. Фрески создавали прямо по сырой штукатурке храмов. Техника разная, а краска одна — темпера, древнейшая из известных: ею расписывали саркофаги фараонов и народные игрушки. Основа темперы — яичный желток...

Ярославль готовится к большому музыкальному событию. С 29 января по 1 февраля в Ярославле пройдет XIV Международный фестиваль органной музыки имени Леонида Ройзмана. Четыре дня — и целый мир органного звучания: от камерной виртуозности до масштабных полотен с хором и симфоническим оркестром. Сегодня в Ярославской филармонии прошла пресс-конференция, посвященная этому событию. Рассказываю, что интересного ждет слушателей. Орган будет звучать сразу на двух площадках — в Ярославской филармонии и в лютеранской кирхе святых Петра и Павла...