Рассказы от Рубаевой

#изархива Главное, что все нормально! -Леха, алло, привет, это я. Ну, я, чего ты удивляешься? Не, я не из аэропорта звоню, это в трамвае так шумно, я ведь тебе из трамвая звоню. Ну, чего ты ржешь? У меня машина поломалась вот я на трамвае в офис и еду. Не, я его не покупал, т.е. купил этот, ну, пропуск. В общем, тут как в казино за вход охране нужно отстегнуть. Так прикольно, первый раз в жизни стоя еду. Слушай, а ты вчера во время банкета куда делся? А-а. А мою ты случайно не видел? C тобой ночевала? Ну, слава Богу, хоть тут все нормально, а то я думал, может, случилось что, потерялась, или … ну, мало ли… Ты это, слышь, вчера хохма была: ты ж ушел, а мы с Серегой так напились, в общем, вышли и машины перепутали. Я сел в Серегину, а Серега – в мою. Ну, она и поломалась, взорвалась в смысле. Машина – вдребезги, Серега – всмятку, или – наоборот. Да нет, с Серегой все нормально: ну, оторвалась у него голова, ну и что? Она ему и раньше без надобности была. Я, прикинь, сразу и не сообразил, в Серегину машину сел, а там тип за рулем. Я ему морду набил и из машины выкинул, а это водила Серегин оказался. Ну, я же не знал, что мы машины перепутали. А еще прикинь, приехал домой, захожу в подъезд, а там стоит киллер, ну помнишь, я тебе его еще рекомендовал? Я говорю: “Ты чего тут стоишь? ” Он говорит: ”Клиента жду из пятнадцатой квартиры”. Я ему говорю: « Ты дурак, я ж в пятнадцатой живу”. Он так долго тебя материл за то, что ты квартиры перепутал. А так, Леха, я тебе отвечаю: все нормально – тебе меня угробить не удастся!

Оптимист. Недавно я квартиру снял. Просто чудо! Тихий район–кладбище в двух шагах. До центра рукой подать. Всего час езды на автобусе, который ходит раз в десять минут (ну опаздывает иногда на полчаса, но это ведь мелочи, правда?) Дом с флюгером–на севере табачная фабрика, на юге–химзавод. Красота! Направление ветра узнаешь, стоит только выйти на балкон (главное не свалиться с него, так как перила там отсутствуют напрочь. Я как–то оступился, упал – больно! Все–таки седьмой этаж!) Комната у меня огромная, почти как банкетный зал. В ней даже вдвоем поместиться можно, если ноги на подоконник положить. В ней даже паркет есть, правда местами. Но все равно в ней – комфорт, уют и тишина, изредка прерываемая топотом идущих на экскурсию в мой холодильник тараканов, которые никогда в жизни настолько пустого холодильника не видели. В силу отсутствия шифоньера, я решил в него складывать рубашки, носки и т.д., а на ручку дверцы вешать свой единственный парадный костюм, доставшийся мне от прадедушки. Выключатель в прихожей у меня называется «русская рулетка»: корпуса от него не было никогда. Приходишь домой вечерком, нащупываешь в темноте проводки, которые нужно соединить, чтобы зажегся свет и ждешь: стукнет тебя сегодня током или нет? Зато ощущений сколько! Свет в ванной включается безопаснее, зато интереснее: выключателя там нет вообще. Для того, чтобы зажечь свет достаточно встать на край умывальника и просто–напросто вкрутить лампочку. Стены у меня в комнате по новой моде не обклеены обоями, а раскрашены почти как полотна Пикассо: там пятно, там развод. Хозяйка сказала, что это следы от её прошлого квартиранта. Он химиком был… Светлая ему память! Кстати о хозяйке. Она у меня милейшая женщина. Восемь часов вечера – она уже дома. Спит себе тихонько под столом в обнимку с бутылкой водки и никого не трогает. Правда часа в четыре утра она вскакивает (при этом стукаясь головой о крышку стола) с воплями: «Ой, я, кажется, посуду забыла вымыть!» Но это у неё белая горячка, так как из посуды у нас лишь две консервные банки, да и те всегда пусты. Очень часто, после трудового дня уставший как собака, я доползаю до квартиры, толкаю плечом дверь (замок у нас отсутствует за ненадобностью – все равно у нас красть нечего), соединяю проводки в прихожей, прохожу в комнату, затем подышать свежим воздухом на балкон (при этом зорко выглядывая куда наступить, чтобы не упасть) и любуясь на ночное кладбище, вздыхаю: «Хорошо–то как!»

Друзей не продают... И снова километры дорог серым полотном асфальта покорно стелятся под колеса моего верного спутника.  Мой Гетц, мой надежный друг, мы вместе уже немало прошли.  Ты вместе со мной измерил сотни тысяч километров трассы.  Мы вместе плелись почти вслепую по метельной дороге, мы вместе почти наощупь пробирались сквозь туман.  Нам махали своими ветками кокетливые осины вдоль дороги на Елец, а где-то под Воронежем на нас свысока презрительно смотрели вековые сосны.  Мы гуляли и по чистым федеральным трассам, и по убитым проселочным дорогам.  Мы вместе с тобой "делали" всяких понторезов на южных дорогах, помнишь Майкоп?  От наших ростовских номеров шарахались волгоградские водители, хотя в гостях мы в целом вели себя культурно (а тот трюк не считается, раз на камерах не зафиксирован).  В Краснодаре мы были почти как дома, несмотря на то, что город размечен явным неадекватом. Но Ростов все равно роднее.  Мы гуляли не только по легендарному Урюпинску, но даже по его окрестностям.  Ты ждал меня, даже если я тебе изменяла: летела в Питер самолетом или неспешно ехала в любимый город поездом.  Ты никогда не ревновал меня: ни к городам, ни к людям. Даже к тем, кому я позволяла садиться за твой руль.  Ты всегда меня прощал за мой вспыльчивый характер, когда я в ярости лупила ни в чем неповинную панель, летя по трассе 160 км/ч под Раммштайна, проклиная все на свете.  Ты не осуждал меня за мои бабские истерики, когда я на пароме под Старочеркасском рыдала под "Куклу колдуна" КиШа, и тихо грел меня своей печкой.  Ты всегда увозил меня оттуда где было плохо и всегда вез туда, где была надежда на лучшее. Я люблю тебя. И никогда не продам. Друзей не продают.