RF

Впервые я увидел «Собачье сердце» с Евгением Евстигнеевым в главной роли в середине 80-х. Тогда это был «видеомагнитофонный контрабандный» восторг — фильм, который разбирали на цитаты, где каждый жест профессора казался глотком свободы. Мы хохотали над Швондером, презирали Шарикова и боготворили умную, голодную, ироничную интеллигенцию в лице Филиппа Филипповича. Недавно я пересмотрел его снова — в эпоху тотальной цифры, «диктатуры этикета» и победившего (пусть и в другом обличье) хамства. И смеяться перехотелось почти сразу...

В один из тех рабочих майских дней, когда за окном уже вовсю цвела зелень, а в голове после тяжелой тренировки гудела приятная, но опустошающая тишина, возникло острое желание — уйти с головой в хорошее кино. Не шумный блокбастер на пару часов, а нечто основательное, с душой и запахом дальней дороги. Перебирая ленты, я наткнулся на историческую драму «Марко Поло» (2007 год). Честно говоря, к имени венецианского купца примешивается много пыли из учебников, но режиссёр Кевин Коннор сумел высечь искру там, где ожидал увидеть лишь скучную хронику...

В 2025 году в прокат вышло продолжение фильма «Лекарь-Ученик Авиценны» - «Лекарь 2 - Наследие Авиценны» — долгожданное продолжение исторической драмы, которая больше десяти лет назад заставила миллионы зрителей поверить в простое правило: знание сильнее тьмы. Удалось ли сиквелу сохранить ту самую душу и почему Робу Коулу снова приходится спасать ценой свободы? Рассказываю без спойлеров, но с большим сердцем, как если бы советовал фильм лучшему другу. Если вы, когда-то затаив дыхание, следили за...

Почему немецкая драма 2013 года о средневековом врачевателе до сих пор собирает зрителей у экранов телевизоров, ноутбуков, телефонов и заставляет плакать даже циников? Это история не просто о медицине. Это история о мальчике, который бросил вызов Богу, дьяволу и собственной смерти. И победил. Перед нами Англия XI века. Мороз пробирает до костей не только от погоды, но и от того, что творится в умах. Маленький Роб Коул теряет мать от «желчного приступа» — никто не знает ни болезни, ни лекарства. Врачей нет...

1991 год. Где-то в Москве рушатся империи, танки пожирают асфальт, а на Ямале трое суровых мужчин в чуме деловито режут оленя. В этом контрасте — вся суть фильма «Цинга». Это не история о перестройке. Это история о том, как время, застывшее на пороге великих перемен, сталкивает лбом космос христианского смирения и архаичное язычество, проверяя их на прочность одним и тем же инструментом — голым человеческим инстинктом, который, как оказалось, сильнее любой идеологии. Сюжет аскетичен и линеен, как сама тундра...