ReFrame | Истории из жизни | Рассказы

Когда Артём вошёл на кухню, щурясь от похмельного света, он сначала учуял жареное масло и сладковатый запах теста, а уже потом увидел участкового — чужого мужика на его табурете. Я поднял чашку так медленно, будто время можно было уговорить не идти дальше, и почувствовал, как трескается губа. Танге ночью лопнула кожа. На клеёнке между сахарницей и стопкой ещё дышащих блинов лежали наручники. Слушайте аудиоверсию: Меня зовут Виктор Степанович Лагутин. Мне шестьдесят восемь. Я всю жизнь жил так, как нас учили: не высовывайся, не жалуйся, работай и держи слово...

В тридцать пять лет я не представляла себя вдовой. Наверное, никто себя так не представляет. Это одна из тех вещей, о которых просто не думаешь, пока они не случаются. А потом садишься утром на кухне, смотришь, как сын жуёт бутерброд и болтает ногами под стулом, и понимаешь, что надо держаться, что слёзы придётся отложить на потом, на вечер, когда Илья уснёт. Почти год прошёл. Иногда кажется, что гораздо больше. Иногда — что это случилось на прошлой неделе. Первые месяцы после гибели Димы я почти не помню...

Лучшая подруга заплатила за проверку жениха, но всё вышло из-под контроля, и это переросло в настоящую любовь. За день до свадьбы правда всплыла, и скрыть ее уже было невозможно. Психологическая драма, измена, предательство и скандал — всё это произошло прямо перед регистрацией. Слушате аудиоверсию: Когда я соглашалась, я смотрела в окно. За стеклом был ноябрьский Алматы, мокрый асфальт, жёлтые листья, прилипшие к бордюру, и какая-то женщина с пакетами, которая никак не могла поймать маршрутку. Я...