Анна Кляйн | Писатель

Было воскресное утро, то самое, когда за окном не по-летнему шумит ливень, а на кухне пахнет корицей, свежей выпечкой и маминым кофе. Семейные завтраки у Климовых — традиция нерушимая, как федеральные законы. Даже когда дети разъехались кто куда, первое воскресенье месяца всегда собирало их в родительском доме на Садовой. — Мы с Наташей взяли ипотеку на двушку. Прикиньте! — старший брат Петя с победным видом поднял чашку кофе, будто заздравный кубок. — В Центральном районе, с видом на реку. Через...

Люся поправила очки на переносице — жест, который она отточила за пятнадцать лет работы бухгалтером и десять лет замужества с Геннадием. Жест выражал твёрдость намерений и неготовность идти на компромиссы. — Ген, ты в своём уме? — её голос звучал спокойно, но холодно. — Я свою квартиру ради твоей матери продавать не собираюсь, не надейся. Геннадий сидел напротив, сутулясь над остывшим ужином. Его руки, большие и огрубевшие от работы автомехаником, нервно перебирали вилку. Он был из той породы людей,...

Юля проснулась от звука разбитой посуды. За окном едва занимался рассвет, и комната утопала в сумраке. Она машинально протянула руку на другую половину кровати. Пусто. Антон снова не ночевал дома. — Мам, ты чего так рано? — она вышла на кухню, зевая и кутаясь в халат. Тамара Петровна, грузная женщина шестидесяти лет с крашенными в неестественно-рыжий цвет волосами, собирала с пола осколки чашки. — Прости, дорогая, разбудила? — ахнула свекровь. — Хотела сделать блинчики к завтраку, да рука дрогнула...

Сентябрьское утро выдалось пасмурным. За окном барабанил дождь, заставляя прохожих ёжиться и ускорять шаг. В квартире было тихо, только настенные часы отмеряли секунды размеренным тиканьем. Их Иван Петрович купил ещё тридцать лет назад — массивные, с бронзовым корпусом и маятником, отбивающим жизнь ровно и неумолимо. — Я ухожу к другой. Ты для меня слишком старая, — Иван Петрович застегнул чемодан и выпрямился, глядя в глаза жене. Вера Николаевна стояла в дверях спальни, сжимая в руках полотенце...

Когда Вера поднималась по скрипучим ступеням крыльца своей дачи в Комарово, то меньше всего ожидала услышать доносящиеся изнутри голоса. Её муж Андрей должен был приехать только завтра — пятничные пробки, совещание до вечера, все дела. Она же выехала заранее, чтобы открыть, проветрить, успеть прибраться. И чтобы побыть одной. Ей это было необходимо. Она замерла на верхней ступени, держась за перила, медленно поставила сумки на крыльцо, чтобы не производить шума. Прошло всего три секунды, но в голове...