Мила Пахомова | Вдохновляющие рассказы

— Галь, ну хватит уже плакать, — Лариса переложила трубку к другому уху, а свободной рукой машинально перебирала стопку счетов на столе. — Переведу, как обычно. На том конце провода послышался всхлип облегчения. — Ларисочка, ты же знаешь, если бы было к кому обратиться... Но родня в Саратове, а тут... — голос подруги дрожал от слёз. — Завтра последний день подавать деньги за квартиру, а мне всё обещают перезвонить, обещают... Четвёртый месяц подряд одна и та же история. Лариса положила трубку и устало прислонилась к спинке кресла...

— Ты что, с ума сошла? — Лариса поставила чашку так резко, что кофе расплескался на блюдце. — Сорок два года, Анна. Сорок два! Анна молча вытирала салфеткой пятно на столе. За окном кафе моросил октябрьский дождь, и капли стекали по стеклу, как те слёзы, что она вытирала дома перед зеркалом, собираясь на эту встречу с подругой. — Ему двадцать шесть, — сказала она тихо, не поднимая глаз. — И я не искала этого. — Искала или нет — неважно! — Лариса наклонилась через стол. — Аня, очнись. Подумай, как это выглядит...

Часть 1: Приезд свекрови — Здравствуйте! Как доехали? — Марина бросилась обнимать свекровь в прихожей. Женщина окинула взглядом квартиру и поморщилась. — Господи, какой же у вас беспорядок... — Да, мы не успели прибраться, — смущённо оправдывалась Марина. — Работы много... — Ясно, — холодно откликнулась Галина Петровна, проходя в гостиную. Из кухни появился Сергей с широкой улыбкой. — Мам! Как же я соскучился! Ты привезла свои фирменные котлеты? — Конечно, сынок. Посмотри на себя — кожа да кости! — она нежно погладила его по щеке...

— Ты для нас больше не существуешь, — холодно произнесла Людмила Павловна, не отрывая взгляда от окна, где лениво качался тюль на сквозняке. — Не можешь родить — уходи с глаз моих. Слова прозвучали так обыденно, будто речь шла не о человеческой судьбе, а о сломанной мебели. Игорь лишь стоял в стороне, переминаясь с ноги на ногу, и делал вид, что занят телефоном. Всё решала свекровь. Марина вжимала в ладони маленький старый чемодан, будто тот мог защитить её от чужого холода. До последнего верила: муж вступится, скажет что-то, остановит мать...

Лера сидела за столом, покрытым старенькой клеёнкой с ромашками, и нервно теребила край своей футболки. Её тёмные волосы, обычно распущенные, были стянуты в тугой узел, а глаза, в которых раньше искрился смех, теперь смотрели в никуда. Она ждала Стаса, своего мужа, который, как всегда, задерживался на стройке. Часы на стене — старые, ещё от бабушки — тикали громко, будто подгоняя её решиться на разговор, который она откладывала уже неделю. Дверь хлопнула, и в прихожей послышался шорох — Стас снимал тяжёлые рабочие ботинки...