Рассказы об искусстве

Обезглавленная, без рук, с отломанным крылом, она и здесь царит над окружающим пространством. Ее корпус красиво развернут по диагонали, а одежда, словно мокрая от морских брызг, липнет к телу, создавая ощущение борьбы с ветром. Кажется, она наполняет этот зал шумом прибоя, сверканием солнца и синевой неба, встречая посетителей на площадке широкой лестницы Лувра, созданной при Наполеоне III по проекту Гектора Лефюэля. Это – Ника Самофракийская, которую известный французский писатель и теоретик искусства Андре Мальро назвал «шедевром времени и счастливого случая»...

XVIII век во Франции — время, когда искусство перестало быть торжественным и монументальным. На смену благородному и тяжеловесному классицизму времён Людовика XIV пришло нечто совсем иное — лёгкое, изящное, игривое. Этот стиль назвали рококо. Его главный декоративный мотив — стилизованная раковина с бесчисленными завитками, так называемая «рокайль», — украшал роскошные интерьеры, придавая им утончённость и шарм. Среди мастеров этого стиля было немало талантливых имён: Карл Ванлоо, Шарль Жозеф Натуар, Жан Франсуа де Труа...

В иконе Успения Пресвятой Богородицы есть одна особенность, которую замечает не столько знаток, сколько человек с чутким сердцем. В ней словно встречаются два мира. Один — земной, осязаемый, где стоят апостолы и лежит на одре Богоматерь в тёмной ризе. Другой — небесный, сияющий, где Христос принимает душу Своей Матери. И разделяет их не только сюжет, но и цвет. Иконописец умеет красками отделить потустороннее от здешнего. Но делает он это не с помощью каких-то особых, «неземных» цветов. Он использует краски нашего мира — золото, синеву, пурпур, белизну, — но наделяет их символическим значением...

Во многих храмах России до сих пор можно увидеть на стенах копии «Моления о чаше» Фёдора Бруни. Они висели здесь ещё в XIX веке, и для многих поколений именно этот образ стал главным воплощением евангельского события. Есть картины, которые знают все, даже не помня имени автора. «Моление о чаше» Бруни – одна из них. Тысячи литографий и гравюр расходились по всей России, и многие люди, никогда не слышавшие имени Бруни, сразу узнавали эту картину – и до сих пор узнают. Её образ – коленопреклонённый Христос, лунный свет, парящая чаша – врезается в память с детства...