Путь к сердцу

Приветствую. Меня зовут Сергей, и вы меня знаете как автора этого канала. Я уже выложил здесь больше четырёх десятков историй — чужих жизней, чужих смертей, чужой боли, которую люди носили в себе, даже не подозревая об этом...

Алина впервые пришла с вопросом «можно ли снова полюбить». Год назад она похоронила мужа. Официальная причина — острая сердечная недостаточность на фоне алкогольной интоксикации. Неофициальная, та, что жила в её сердце, — он не выдержал, что его «девочка» пошла в гору...

Меня часто спрашивают: «А не страшно ли заглядывать в прошлые жизни? Не слишком ли тяжело видеть чужую боль?» Но за годы практики я понял одно: страшно не смотреть — страшно носить эту боль в себе, не понимая её природы...

«Розочка» для инженера Она села в кресло и сразу сцепила пальцы в замок. Так делают люди, которые привыкли держать себя в руках, потому что внутри — землетрясение. Света. Тридцать два года. Взгляд умный, цепкий, но под глазами тени, будто она давно не спит...

Это был четверг, ближе к вечеру. За окном моросило, небо наливалось свинцом, и в кабинете горел только один торшер, создавая островок мягкого света. Она сидела напротив, подобрав под себя ноги, и в ее...

Ко мне в кабинет он вошёл так, будто собирался зачищать территорию от врага. Взгляд тяжёлый, рукопожатие — тиски, спина прямая, как шпала. Александр, сорок пять лет, успешный когда-то управленец, а сейчас — сгусток нервов и злости на весь мир...

Она пришла одна. Сказала по телефону, что он не верит в «эту вашу регрессию», считает это «самокопанием для слабаков». Сказала это беззлобно, скорее с той щемящей ноткой, когда женщина уже сдалась, но сердце всё ещё ноет...

Девочка с застывшим сердцем Ко мне в кабинет вошёл мужчина, которого я про себя сразу назвал «вечный студент». Максим. Сорок лет, а на вид — двадцать пять с хвостиком. Открытое, почти мальчишеское лицо,...

Она лежала на кушетке, укрытая пледом, и ее дыхание было неровным, прерывистым. Лариса, успешная бизнес-леди, сорок пять лет, ни разу не была замужем. Красивая, умная, но между ней и миром всегда стояла невидимая стена...

Помидор или жизнь? Мы сидим друг напротив друга в полумраке кабинета, и я смотрю на Андрея и не узнаю его. Тот человек, который год назад впервые переступил мой порог, был похож на запертую комнату. Темно, душно, и ни одного окна...

Крест, который мы носим внутри Она пришла ко мне с запросом, который звучал почти как крик о помощи, хотя говорила женщина тихо, почти шепотом, словно боялась, что стены могут её выдать. — Я невидимка, — сказала Светлана, нервно теребя край шарфа...

За что? Это одна из тех историй, что остаются в сердце навсегда. Меня зовут Сергей, я практикующий регрессолог, и ко мне часто приходят люди, которые чувствуют себя «сломленными». Но тот случай с Алиной был особенным...