Истории из кабинета психолога

Когда Дмитрий вошёл в кабинет, первое, что я заметила — он выглядел моложе своих сорока двух. Не в хорошем смысле. В инфантильном. Аккуратная рубашка, чистые ботинки, выглаженные брюки. Всё идеально. Слишком идеально для холостяка. Он сел, вздохнул и произнёс фразу, от которой у меня внутри что-то сжалось: — Я не могу понять, почему ни одни отношения у меня не складываются. Вроде всё нормально начинается, а потом женщины исчезают. Говорят, что я какой-то «не такой». Я кивнула, приглашая продолжить...

Они сидели в моём кабинете на противоположных концах дивана. Брат и сестра. Оба уже за сорок, оба с напряжёнными лицами. Между ними — метр расстояния и годы невысказанных обид. Ирина, 46 лет, начала первой: — Я устала тянуть всё одна. Он живёт в двадцати минутах от мамы, а приезжает раз в месяц. Я — через весь город, но каждую неделю. И она мне плачется: «Андрей совсем забыл про меня». Андрей, 43 года, перебил: — Ты опять за своё. Я приезжаю! Просто не отчитываюсь перед тобой. И потом, мама мне тоже жалуется — на тебя...

Когда Максим вошёл в кабинет, я сразу заметила — он устал. Не физически. Морально. Он сел, провёл рукой по лицу и тихо произнёс: — Я не могу понять: он меня презирает или всё-таки любит? Потому что одновременно не здоровается со мной и каждые три дня просит приехать телевизор настроить. Максиму 31 год. Полгода назад он уволился с должности менеджера по продажам в крупной компании и ушёл в видеомонтаж. Работает на фрилансе, снимает ролики для небольших брендов, учится, растёт профессионально. Зарабатывает меньше, чем в офисе, но доволен...

Когда Анна вошла в кабинет, первое, что я заметила — это её усталые глаза. Не от бессонницы, не от работы. От постоянного сопротивления. Она села, выдохнула и произнесла фразу, которую я запомню надолго: — Я люблю свою мать. Но если она ещё раз пришлёт ко мне домой незнакомого мужчину со словами «Я договорилась, он хороший», я сменю замки и номер телефона. Анне 34 года. Не замужем, детей нет. Работает руководителем отдела в крупной компании, живёт в собственной квартире, путешествует, ходит на йогу...

Она сидела передо мной в кабинете психолога, сжимая в руках платок, и первые пять минут молчала. Просто смотрела в окно, будто собиралась с силами. Потом тихо произнесла: — Я перестала быть хозяйкой в собственном доме. И муж этого не замечает. Вернее, не хочет замечать. Ольге 41 год. Замужем пятнадцать лет. Дочь одиннадцати лет, квартира в совместной собственности, стабильная работа у обоих. До недавнего времени жизнь шла своим чередом — не идеально, но привычно. Пока три месяца назад не умер свёкор...