дневник художника Любови Прусик

Авторская картина Розовый букет, 21х15 см, картон, масло, 2026 г. Размер картины в раме 25х19 см. Маленькие скромные розочки собраны в плотный, но лёгкий букет, где каждый бутончик прижимается к другому, словно ища защиты. Их оттенок — что-то среднее между чайной розой и утренней зарёй: нежно-розовый, с тёплым, едва уловимым персиковым подтоном. Букет стоит в простой вазе, которая бережно удерживает это хрупкое великолепие. Но главное здесь – это фон. Драпировка цвета нежной морской волны. Она струится мягкими складками, словно лёгкий бриз колышет её ткань...

Белоснежным покрывалом Зацвели сады. И чудесным ароматом Хороши они. Ах весна, пленила ум Красотой своей, И в сады из майских роз Манит всё сильней. Мне б гулять и день и ночь Средь красы садов. Уходи усталость прочь, Расцветай любовь! автор стихотворения Юлия Федулаева В давность нехотя ушли Вьюги и метели. Красок сказочных разлив - Яблонь цвет в апреле. Солнца нежные лучи Землю обнимают. Дятел радостно стучит. Он, что делать знает. Долгожданна красота После зимней стужи. Оживленье, суета Над землею кружат...

Весенний сад - волшебная страна! Входишь в него — и словно попадаешь в другую реальность, где время течёт медленнее, а воздух становится сладким, густым, почти осязаемым. Тонкие ветви, сплошь усыпанные нежно-розовыми и белыми бутонами, тянутся к солнцу, а солнце, в ответ, щедро подсвечивает каждый лепесток, превращая крону в сияющее облако. Но главное волшебство начинается, когда поднимается ветер. Легкий, тёплый, он пробегает по верхушкам деревьев - и летит весенний снегопад. Лепестки срываются с веток, кружатся в воздухе, словно пушинки, и медленно, торжественно осыпают землю...

Вот и проснулась вновь Весна, И сняв, с ресниц, всю негу сна, Умывшись утренней росой, Весь лес наполнила красой. Безумно - сказочный пейзаж, Открыл показа "Вернисаж". Душистый аромат цветов, Кружится в воздухе и вновь, Рассыпав в зелень жемчуга, Играет в прятки с ним Весна. Трава росою вся блестит, Переливаясь в малахит. Нежнейший вид - весны отрада, Как этой прелести я рада! Автор стихотворения Водолей Весны отрада - воздух чистый! Так дышит полной грудью юная Весна! Душою тонкой пенье птицы слыша, Поёт свои напевы мелодичные она...

Зарплата шепчет: - Давай сходим куда-нибудь？ А я ей: - Дома сиди, маленькая еще！ Тело: - хочу пива! Сердце: - протестую, хочу любви! Мозг: - протест отклонен, я тоже хочу пива! Поехали на природу и разбили в машине несколько бутылок вина. Пока убирали осколки многие порезались. Заехали в аптеку: -дайте 10 ампул со спиртом и 10 напальчников. Девушка на кассе, давясь от смеха: - Что, вечеринка у гномов? - Муж сказал, что между нами не стало искры. Вот купила электрошокер. Сейчас очнётся, еще раз спрошу!...

Прелюдия тепла - февральские метели, в их музыке живёт вселенская тоска. А где-то мальчик-март разводит акварели для будущих картин. Весна совсем близка! Марина Киссер Урчал февраль котом пушисто-белым, Ласкаясь к кошке рыженькой весне. И не взирал на то, что был он беглым, И не задумывался о своей вине. Она же завлекала и блудила, И тут же убегала дальше в март. Под солнцем на спине качаясь мило, И возбуждала в феврале азарт. Он догонял её и белым пухом Бесстыдно крыл теплу наперекор, Она же выворачивалась брюхом, Давая февралю в игре отпор...

Февраль - месяц особенный. Не январь с его шумным стартом года, не декабрь с предпраздничной мишурой. Февраль - это тишина. Та самая, что наступает после долгих праздников, когда можно наконец услышать себя. Любить февраль - значит любить эту суровую нежность, эту очищающую стужу, которая не убивает, а закаляет. Это значит находить красоту не в пышности, а в лаконичности: в графике чёрных ветвей на фоне белого снега, в румянце на щеках, в коротком, но таком ярком зимнем закате. Февраль - это последний, самый глубокий вдох зимы...

Из серии маленьких картин написала второй морской пейзаж. Оформила в раму, размер которой 24х18 см. Картина завораживает магией перехода — момента, когда день, угасая, отдаёт море во власть вечерних красок. Изумрудные волны, ещё хранящие память о дневной синеве, теперь отливают глубоким, бархатным малахитом. Они движутся к пустынному берегу лёгкой, ленивой чередой, будто бы нехотя, обгоняя друг друга в этом неторопливом беге к суше. Но главный алхимик здесь — закат. Солнце, опускаясь к кромке воды, совершает чудо: оно не просто окрашивает небо, а переплавляет саму морскую гладь...

Каждый человек мечтает о том, чтобы в доме поселилось счастье. Не громкое, праздничное, а тихое, повседневное — то, что согревает изнутри даже в самый хмурый день. Такое счастье не приходит с дорогими покупками. Оно рождается из мелочей. Из утреннего солнечного зайчика на стене. Из аромата свежесваренного кофе, который смешивается с запахом книжных страниц. Из мягкого света настольной лампы, под которым так хорошо читать долгими вечерами. Оно поселяется там, где есть тепло - не только от батареи, но и от взгляда, брошенного через стол...

Конец декабря. Город преображается: улицы загораются гирляндами, в витринах магазинов вспыхивают искрящиеся снежинки, а воздух наполняется ароматом хвои, мандаринов и корицы. Вокруг — лёгкая, праздничная суета. Люди спешат с пакетами, выбирают подарки, обсуждают меню и составляют списки дел, но на лицах у них — улыбки. Это особенная, предновогодняя суета — не утомительная, а вдохновляющая. В это время в душе просыпается что-то тёплое и детское. Ожидание чуда, которое живёт в нас даже во взрослом возрасте...

Недавно я закончила маленькую картину маслом на картоне, наполненную движением и воздухом. Её размер в рамке всего 25×19 см, но в этом миниатюрном формате мне хотелось уместить целый сюжет стихотворения о море, которое мне понравилось. Писала быстро, почти на одном дыхании, стараясь передать не столько вид, сколько чувство моря: ту самую «мелодию нежную», что шелестит в прибое, и брызги, в которых «сверкают лучи». Пастозными, лёгкими мазками выстраивала волну — ту самую, «пенистую и безбрежную», которая то резвится, то успокаивается, меняя цвет от яркого кобальта до прозрачной бирюзы...

Мой ангел, мой осенний ангел! Я не вижу его, но я чувствую его присутствие рядом. Мой ангел прячется в струях ноябрьского дождя, в его тихом, печальном шепоте за оконным стеклом. Он струится по стеклу извилистыми тропками, словно рисуя нам карты утраченных маршрутов. Иногда он притаится в листве — не в летней, густой и зеленой, а в той, что стала янтарной, багряной, золотой. Он сияет в каждом листочке, будто в витраже старого собора, когда сквозь облако пробивается луч неяркого солнца. Он — это сам свет, мягкий, переливчатый, растворяющий мир в акварельной дымке...