Прозаическая Tess

Маленькая девочка, лет пяти, сидела, подавшись вперёд и заворожённо наблюдая за происходящими чудесами. Руки, за которыми она наблюдала, двигались медленно и плавно, не спеша и, вместе с тем, очень ловко. Они как будто бы не принадлежали человеку, который ими "руководил". Разве могут такие волшебные руки принадлежать ему - родному дяде, которого она знала с самых пелёнок? Самому обычному дяде, который так часто рассказывал ей сказки и истории из своих путешествий. А путешествовал он много и всегда...

Первые цветы... С чем у вас ассоциируются эти слова? С хрупким подснежником, едва пробивающимся сквозь ещё мёрзлую землю? С первыми видимыми плодами своего труда, когда первый в жизни посаженный собственными руками цветок наконец распустился - выжил(!) в ещё неумелых детских руках, несмотря на чрезмерный полив и постоянные "мам, когда уже"? Для меня первые цветы навсегда останутся "первым" восьмым марта. Конечно же, не самым первым в жизни, но самым запомнившимся. Четыре, или пять - возраст, когда мир полон настоящих чудес...

Людный летний рынок, похожий на самый настоящий восточный базар – сладости, специи, переливающиеся ткани, горы домашней утвари и толпы умельцев завернуть цену повыше, да продать товара побольше. Компанией весёлых хохотушек, мы развлекались в нарядах приставучих цыганок, требующих у каждого встречного «позолотить ручку». Кто-то смеялся вместе с нами и подыгрывал, кто-то сторонился, крепче ухватив свои сумки и, тем самым, показывая нам своё отношение к таким забавам. Конечно же, денег мы не брали,...

В комнате горит свет, телевизор в углу бормочет новости. Подхожу посмотреть – смакуют катастрофы, как и всегда. На кухне чаепитие, гости. Слушаю, стоя у двери, смех и звонкие живые голоса пришедших, не вслушиваясь в слова, почти не разбирая смысла - мне нравится – один чуть хрипловатый, глубокий, другой - то обманчиво мягок, то напорист. Часы показывают почти полночь и голоса перемещаются из кухни в прихожую, и, с хлопком двери, замолкают...

Солнце, едва проснувшись, выглянуло из-за своей горы-подушки еще сонным усталым взглядом. Затем встрепенулось, начало потягиваться, едва касаясь лучами верхушек деревьев. И вот поползло по земле. Да так неуклюже, вразвалочку, что тень только и успевает отползать. Наконец, поднялось Солнце, начиная обход своих владений. Вот и крошечные люди, как муравьи закопошились, высыпали из своих странных норок, засуетились, побежали куда–то. И что им всем не сидится на месте? А вот и пустыня – любимое детище солнца – такая же гордая, величавая, жаркая, как и ее хозяин...

Пепельно-голубая дымка тумана окончательно размыла и без того неясные очертания города. Солнце еще не выглянуло, и лишь слегка порозовел горизонт от поднимающейся на цыпочки зари. Плавно покачиваясь, дремлют деревья вдоль вечно бодрствующей дороги - даже сейчас, в отсутствии машин, она живая, вечно стремящаяся вдаль к неизвестному. Кругом тишина… Слышно лишь едва уловимое посапывание прохладного ветра. Будничный день Прибытие дня, как всегда, оглашает жужжание газонокосилки. Кажется, что эта негласная традиция нарушается разве что зимой, когда на смену ей приходит рев снегоуборочных машин...