Она родилась в сырой апрельской темноте, за решёткой вольера, на старом одеяле, пахнущем хлоркой и счастьем. Мать — рыжая дворняга с мудрыми глазами — лизнула мокрый комочек, и для Дымки мир начался с тепла. Этот первый вдох, первое прикосновение, первый запах — запах материнского языка и старой ткани — запомнились ей на всю жизнь, хотя собаки, конечно, не помнят себя щенками. Но что-то остаётся. Что-то тёплое и надёжное, что потом, через годы, будет отзываться тихой радостью, когда кто-то гладит её по голове...
НИ О ЧЁМ И ОБО ВСЁМ
Учительница пения без голоса: История, после которой вы напишете своему первому учителю
«Анна Сергеевна была идеальным педагогом. Она знала всё о музыке, могла с ходу определить фальшь и рассказывала о Бахе с таким вдохновением, что даже хулиганы затихали. Но была одна вещь, которую она никогда не делала на уроках. Она не пела. Потому что 40 лет назад ей сказали: "Не твой голос". И она поверила. В 8:15 утра школьный коридор пахнет кашей, мелом и свежей краской. Анна Сергеевна идёт по этому коридору уже четыре десятилетия. Её шаги — размеренные, каблуки стучат как метроном: «раз-два, раз-два»...
«Я гений!» — кричала она 25 лет. Пока однажды ей не сказали правду
Она работала в компании 25 лет. Консультировала всех — бухгалтеров, юристов, журналистов, менеджеров. Искренне верила, что компания держится на ней. Тамара Степановна — главный бухгалтер компании «ТВ-Молния». Каждое утро она садилась за стол, ставила чашку остывшего кофе и ждала звонка. И он звонил. Часто. — Бухгалтерия, слушаю! НДС не сходится? 68-й счёт, 19-й, потом 76-й… Что, не поняла? Позвони своему главбуху. Я занята. Она вешала трубку и смотрела на котиков в мониторе. Она и правда была занята...
Она искала тепло и нашла его там, где уже ничего не ждала. А он…
Тот декабрь был не просто холодным. Он был жестоким, злым, будто сама природа решила стереть с лица земли всё живое. Ветер рвал провода, засыпал окна первых этажей по самую раму, превращая город в снежную пустыню. Люди почти не выходили на улицу — жались к батареям, прятались в домах. Они знали: переждёшь — и станет легче. Но не все могли переждать. Она не могла. Её звали Клякса. За чёрную блестящую шерсть с единственным белым пятном на груди. Беспородная, криволапая. Её никто не выбирал. Она сама выросла у гаражей, подбирая объедки у доброй бабушки...
Девочка с золотыми ножницами
Катя с детства знала одно: деньги решают всё. Её мир пах жареным луком — мама жарила его каждый вечер, чтобы сделать дешёвый суп хоть немного сытнее. В их крошечной «хрущёвке» никогда не было лишнего: ни на новую куртку, ни на репетитора, ни на поход в кино. В школе Катю прозвали «серой мышью». Она сидела на последней парте, носила перешитые мамины юбки и мечтала, чтобы одноклассницы не видели, где она живёт. Училась она кое-как, постоянное: «Катя, ты способная, но ленивая». На самом деле у неё просто не было сил...
«Никто не верил, что этот цепной пёс способен любить. Но однажды к нему пришла маленькая девочка…»
ЧАСТЬ 1. «Пёс, который разучился лаять» Барс родился на цепи. Он не помнил матери, не помнил тёплого бока, не помнил, как это — бежать куда-то, не чувствуя железа на шее. Тяжёлый, ржавый ошейник впился в шерсть так глубоко, что кожа под ним онемела, стала грубой, как старая подошва. Барс уже не пытался вырваться. Он просто существовал в своём трёхметровом аду. Двор, в котором он жил, принадлежал мужику по прозвищу Дядя Коля. Дядя Коля был вечно пьян, зол и равнодушен. Каждое утро он выходил на крыльцо, курил, сплёвывал в сторону Барса и бросал ему миску...

