Неравнодушный взгляд

Он возник словно из ниоткуда. Худощавый, робкий щенок на длинных лапах-ходулях, с окрасом овчарки, но без характерной темной «маски» на морде. Его зажатый нрав красноречиво свидетельствовал о суровой жизни на улице, полной мрачных невзгод и опасных испытаний. Судьба привела этого найденыша в дом художника, писателя и мореплавателя Евгения Ивановича Пинаева. Человека, одновременно многогранного и цельного во всех трех ипостасях. Щенка подобрала жена Виталия Алексеевича Смотрика — давнего друга Евгения Ивановича...

Нам нельзя было разлучаться, и эта мысль не давала мне покоя... Меня ждали на море мои крестники, отпуск был коротким — всего восемь дней, — а вот как довезти Уми, оставалось загадкой. Это не крупная собачка, но и не маленькая. Она уже давно переросла свою щенячью переноску, в которой когда-то прибыла со мной из Чебоксар-Нижнего Новгорода в салоне самолета. Да и характер у нее свободолюбивый: посидеть в какой-то «клеточке» собака может только за вкусняшку, а по доброй воле категорически не желает...

Многие ли задумываются над тем, для чего, собственно, дана жизнь? Для этого, видимо, нужно иметь определенный характер и, может быть, свое достоинство, чтобы вот так просто и ответственно попытаться осмыслить свое «я», свое место в жизни. Я держу в руках серую канцелярскую книгу в твердом переплете. В ней судьба человека ищущего, целеустремленного и вместе с тем трогательно простодушного и незащищенного перед жизнью. Он явно из тех, кто ставит перед собой большие цели и старается достичь их. И это не напоказ, не для выгоды...

Это была встреча, которая могла и не случиться. Мы втроем сидим за спонтанно накрытым столом, собираясь поговорить о самом-самом и хорошо погреться у маленькой ёлочки, любовно украшенной хозяином. На календаре пятый день Новогодья 2017-го, за окном крепкий мороз — вот по нему-то мы и бежали сюда с Колей, разжившись бутылочкой зубровки и экзотическим сибирским щёкуром. Тут пора сказать, кто есть кто. Коля — это Николай Пискулин, человек весьма известный в культурной жизни Тюмени. Говоря без натяжки,...