Я сидела на кафеле в ванной комнате, наполненной густым паром от текущей горячей воды из под кранов умывальника и самой ванной, обхватив руками колени, а из глаз текли слезы в три ручья. Ничего особенного. Так проходил каждый мой вечер, который правильнее было бы назвать ночью, но из-за сбитого режима я просыпалась около 17-00, поэтому ночное время стало ощущаться как вечернее, а дневное и вовсе перестало существовать. Я не могла описать, что я чувствую и почему плачу. Вроде жизнь шла своим чередом: работа в ночь, учеба в день, а в выходные - либо уборка, либо свидание в Торговом Центре. Зарплата - 200 тысяч тенге, стипендия - 58. На жилье не тратилась, жила с родителями и за их счет. Вещи покупал либо парень, либо мама. Но зарплата утекала на сигареты, психолога, психиатра, антидепрессанты, и транквилизаторы. При этом я успевала учиться, и не абы как, а на 90 баллов из 100. Друзей не было, но и времени для них я бы не нашла, поэтому я их даже не искала. Но в душе все равно царила тревога, а чувство вины за то, что я не имею идеальную фигуру, не умею грамотно распределять финансы, в 19 лет еще не достигла успеха, и до сих пор живу с родителями съедало меня изнутри каждый раз, когда мысли не были заполнены отчетами, заданиями, их дедлайнами, и прочими нюансами совмещения работы с учебой. При этом когда я думала об этом, тревога все равно меня не покидала, просто связана она была со страхом того, что я не сделаю поставленные передо мной задачи в лучшем виде. Диагноз от психиатра и клинического психолога - пограничное расстройство личности, истерическое расстройство личности, нарциссическое расстройство личности, шизофрения легкой степени под вопросом. Стало ли мне легче от приема препаратов и сеансов психологии? Конечно же, нет. Винила ли я в этом некомпетентных сотрудников? Конечно же, нет. Я винила себя, и не могла определиться принимать ли свой диагноз или я все это придумала, накрутила, и вывела во вселенские масштабы, как говорила мама. Но если правда во втором утверждении - станет ли нормальный человек приписывать себе такое? Станет ли он слышать и видеть то, чего не видят другие? Станет ли резать себя? Станет ли кричать так душераздирающе? И, наконец, если я нормальная, почему я плачу и не могу остановить свои мысли? Поэтому я решила принять диагноз, но не зацикливаться на нем. Через месяц самоконтроля, я поспешно обрадовалась, решив, что это прекратилось, и как это озвучил бы мой психиатр, я "ушла в ремиссию". Но придя на работу в тот вечер, мне "посчастливилось" выйти в одну смену с новым барменом, который, как оказалось, - человек из моего прошлого. Прошлого, которое я никак не могу стереть с воспоминаний и по сей день. Я сдержалась, поздоровалась, как ни в чем не бывало и продолжала работать. Но на второй совместной смене, у меня начался нервный тик, как я решила, потому что к концу смены я начала заполнять отчет, а мою правую руку начало трясти, и я не могла ее остановить, но я хотела поскорее закончить работу, и не хотела привлекать внимания, поэтому левой рукой я начала придерживать правую и заполняла отчет. А когда в поле моего зрения остался только мой молодой человек, который работал там же, и администратор заведения, я расслабилась мысленно, и это, вместе с подавлением переживаний за последний месяц, повлекло за собой припадок, который стал первым, но не последним в моей жизни. Меня всю начало трясти, речь была несвязной, словно я подвыпила. Это не осталось незамеченным и администратор заботливо посоветовала мне выйти на улицу, чтобы подышать и придти в себя. Мы с парнем шли на улицу, но в коридоре я упала в конвульсиях и ужасных бессвязных криках, словно в фильмах, в которых святой отец изгоняет дьявола из человека. Я видела и осознавала суматоху, которая творилась вокруг меня, но я ничего не контролировала. Меня поднимали - я падала. На меня вылили холодную воду по рекомендациям скорой, и я на время пришла в себя, осмотрелась и снова упала. Спасали меня и объятия моего молодого человека, но и они действовали недолго. Мне впервые было настолько страшно, что казалось, будто я сейчас умру...
3 года назад
