Гараж достался Павлу от дяди по наследству — единственное имущество, которое тот успел оформить как собственность через кооператив ещё в девяностые. После смерти дяди Павел, вступив в наследство, обнаружил, что доступ к гаражу заблокирован новым замком, а председатель кооператива отказывается признавать его права. — Павел Игоревич, у нас в документах кооператива значится, что гараж переоформлен на Семёна Аркадьевича, вашего соседа по ряду, ещё два месяца назад. Есть заявление вашего дяди о передаче членства в кооперативе...
По закону и совести
«Продаём квартиру и делим деньги — мне плевать, что там твой инвалид живёт», — заявила сестра о брате
Квартиру родители оставили в наследство двум детям — Наталье и её брату Игорю, который после аварии передвигался на коляске и жил в этой квартире один, приспособив её под свои нужды: расширенные дверные проёмы, пандус у входа, специальная сантехника. Доли были равными — по половине каждому. Наталья, которая жила в другом городе, решила, что хочет получить свою часть деньгами, и позвонила брату. — Игорь, я хочу продать квартиру, мне нужны деньги на первый взнос по ипотеке. Найдём покупателя, поделим сумму пополам...
«Я тут десять лет прожила — эта квартира фактически моя», — заявила бывшая невестка, отказываясь съезжать
Квартира принадлежала Антонине Васильевне, которая пустила пожить сына Дмитрия с женой Региной сразу после их свадьбы, десять лет назад — устно, без договора, «пока не встанут на ноги». Дмитрий и Регина развелись через девять лет, Дмитрий съехал сразу, а Регина осталась в квартире, продолжая платить только коммунальные услуги. Антонина Васильевна, которой квартира была нужна для себя после ухудшения здоровья и невозможности жить в её собственной пятиэтажке без лифта, попросила бывшую невестку освободить жильё...
«Твоя мама сама подарила мне квартиру, вот документ», — заявил крёстный отец, придя с бумагами
Мать Ирины, Людмила Фёдоровна, восемьдесят один год, доверяла крёстному дочери, Станиславу Юрьевичу, — тот часто заходил проведать, помогал с лекарствами, привозил продукты. Ирина жила в другом городе и видела мать раз в два месяца. Однажды, приехав на выходные, Ирина застала мать растерянной. — Ирочка, Стас на днях приходил, привёз какие-то бумаги подписать, сказал, что это для льгот по коммуналке. Я подписала, не глядя особо, доверяю ему. Через месяц Ирина случайно узнала от соседки, что в квартире матери сменился собственник в выписке ЕГРН — теперь там значился Станислав Юрьевич...
«Я исполнитель завещания — что хочу, то с имуществом и делаю», — заявил дядя, продав фамильные ценности
Бабушка Виктории назначила душеприказчиком — исполнителем завещания — своего младшего брата, Аркадия Матвеевича, доверяя ему проконтролировать раздел имущества между тремя внуками: Викторией и двумя её братьями. В завещании чётко указывалось, кому какая доля причитается — квартира и антикварная мебель делились в равных долях между всеми тремя. Через месяц после начала процедуры исполнения завещания Виктория узнала, что Аркадий Матвеевич продал часть антикварной мебели коллекционеру, не спросив согласия наследников...
«Меня не уведомили об открытии наследства — требую признать всё недействительным», — заявил единокровный брат
Отец Ксении, Валерий Петрович, от первого брака имел сына Максима, с которым не общался почти двадцать лет — отношения прервались после развода с первой женой. Ксения родилась во втором браке и всю жизнь жила с отцом. Валерий Петрович умер, не оставив завещания. Ксения, как единственный ребёнок, о котором знала нотариус, вступила в наследство через полгода, полностью оформив квартиру и вклад на себя. Через год после оформления наследства Максим объявился с юристом. — Ксения, я родной сын Валерия Петровича, наследник первой очереди наравне с тобой...
