питер мой

Трудно поверить, но когда на улицах Петербурга в декабре 1848 года появились первые почтовые ящики, это стало не просто технической инновацией, а настоящим событием! Синие, аккуратные, но, увы, деревянные - идея была позаимствована у итальянцев, чьи "тамбури" использовались для анонимных доносов. В России задумку быстро приспособили к мирной цели - для писем. С самого появления почтовых ящиков Почта старалась заботиться о каждом клиенте: чтобы письма не портились, ящики усиливали железом, а чтобы...

15 января для Петербурга - не просто точка в календаре. Это окошко в прошлое, где за один день сплетаются страсть эпох, дыхание катастроф, расцвет промышленности и первые аплодисменты великих балетов. Несколько событий разной громкости, но каждое - отпечаток на городском лике, от старинной Троицкой площади до заводских стен у набережной Обводного. Вечером 15 января 1718 года над северной столицей взметнулся алый факел - полыхала соломенная крыша построек на Троицкой площади. Тогда эта площадь была...

Вы стояли когда-нибудь на Троицкой площади, когда вечер ложится на старую Петроградку, а с Невы чуть тянет прохладой и воспоминаниями о былом величии? Здесь город дышит особенно — шаги звучат иначе, человеческие...

В представлении большинства библиотека это царство аккуратных полок, тишины, осторожных жестов. Обычно здесь нет места страстям, раскатам эмоций и буре идей. Но если бы вы оказались в Публичной библиотеке Петербурга XIX века, где хозяйничал Владимир Васильевич Стасов, вы бы удивились: вместо чинного молчания - искры споров, вместо сдержанных улыбок - взрывные фразы, вместо пыльных стереотипов - свежий ветер перемен. С ним даже задумчивые скульптуры словно вздыхали по-настоящему, а книги на полках строились в боевые порядки - близился очередной культурный «бой»...

Представьте человека, в чьих глазах всегда пляшет искра страсти, а улыбка – будто вечный вызов обывательской размеренности. Он входит в полутёмное кафе: пёстрый сюртук, легкая небрежность во всём облике, но голос чарующий, завораживающий, способный в одну минуту сделать собеседника другом, а спустя час - согнуть его в дугу отчаяния. Так и жил Аполлон Григорьев - не между строк, а на разрыв, словно вся река русской души проходит через его сердце. Родом из Москвы, был незаконнорожденным ребёнком титулярного советника Александра Ивановича Григорьева и крепостной, дочери кучера...