Пишу пока пишется

Миф о массовом насилии советских солдат над немками, часто приписываемый "либералам" или "западной прессе", получил неожиданное подкрепление из дневника советского офицера-сталиниста. Далеко не все знают, что одним из источников, способствовавших распространению этих утверждений, стали записи ветерана Великой Отечественной войны Владимира Натановича Гельфанда. Его фронтовой дневник, изданный на русском, немецком и шведском языках, содержит откровенные и лишенные цензуры подробности быта и боевой жизни солдат...

Жизнь на пенсии... Ну, что про неё сказать? У неё свой ритм. Неспешный. Предсказуемый. Утро, лекарства, завтрак, новости по телевизору, магазин, готовка, тихий час, сериал вечером... И, конечно, она имеет свой... финансовый ритм. Пенсия. День её прихода – это, знаете ли, особый день. День, когда ты можешь расплатиться со всеми долгами, отложить на "коммуналку", посчитать, сколько останется на жизнь до следующего месяца. И понять – останется немного. Только самое необходимое. Хлеб, молоко, крупы, самые простые лекарства...

Наш дом - обычная такая типовая девятиэтажка в спальном районе. Таких по всей стране тысячи. И проблемы у нас, наверное, тоже типовые. Протекающая крыша (и вечные обещания ЖЭКа), неработающий домофон (который чинят раз в полгода), и... молодежь в подъезде. Нет, мы не какие-то там ретрограды, которые не любят молодое поколение. Вовсе нет! Дети, подростки – это же будущее! Но вот беда – некоторые из них, видимо, решили, что наш подъезд – это такое особое место для "тусовок". Особенно лестничные пролеты между первым и вторым, вторым и третьим этажами...

Наводить порядок в старых вещах – занятие странное. Будто археологические раскопки собственной жизни ведешь. Или жизни тех, кто был до тебя. Пыль времени оседает на всем, запахи забытого заполняют легкие. Мои дети настояли: "Мам, надо разобрать чердак! Сколько можно хранить этот хлам?!". И вот я, Анна, среди вороха ненужностей, нахожу... прошлое. На этот раз "прошлым" оказалась старая, картонная коробка, перевязанная бечевкой, сиротливо стоявшая в самом дальнем углу чердака. На ней не было никаких надписей, просто стертые следы когда-то яркой типографской краски...

Мой день рождения... Ну, что такое день рождения в мои семьдесят восемь? Дата, конечно, не круглая, не юбилей. И суеты особой не ждешь. Но всё равно... Всё равно это ТВОЙ день. День, когда ты появился на свет. День, когда тебя вспоминают. И это, знаете ли, приятно. Очень приятно. Ты понимаешь, что ты еще есть, что ты важен для кого-то. И я всегда жду этот день. Жду звонков. Готовлюсь немного – испечь что-нибудь к чаю, привести себя в порядок. Жду тепла. Мои дети, Игорь с Леной, они всегда помнят...