Пересвет 613

Когда впервые приезжаешь в Абхазию, кажется, что попал куда-то гораздо южнее Черноморского побережья России. Вдоль дорог растут пальмы. На склонах — мандариновые сады. Возле железной дороги возвышаются огромные эвкалипты. А зимой сады буквально усыпаны деревьями с ярко-оранжевыми плодами. У многих возникает вполне логичный вопрос: Откуда всё это здесь взялось? Неужели эти растения всегда росли в Абхазии? Как ни странно звучит, но мандарин — растение не кавказское. Его родина — юг Китая и север Вьетнама...

В Новом Афоне есть места, которые легко объяснить: монастырь, пещера, Анакопийская крепость, море. А есть Псырцха — место, которое объяснить сложнее. Формально это железнодорожная платформа. На деле — ущелье, река, водопад, старая ГЭС, храм Симона Кананита, тропа к апостольскому гроту, тоннели, советский павильон над водой и ощущение, будто ты случайно попал не на станцию, а в декорацию к фильму. Псырцха — одно из тех мест в Новом Афоне, где всё сложилось в один кадр: древность, монастырская история, инженерия, советская архитектура и нынешняя попытка вернуть забытому месту жизнь...

Сегодня Новый Афон чаще всего воспринимают как туристическую жемчужину Абхазии: море, пальмы, Приморский парк, пещера, станция Псырцха, монастырь на склоне горы. Но если присмотреться внимательнее, становится понятно: значительная часть этого образа появилась не сама собой. Новый Афон в привычном нам виде во многом построили монахи. Какие монахи и причем тут Российская империя, я собираюсь рассказать в этой статье. Приятного чтения. До монахов здесь уже была большая история. Анакопия, Иверская гора, древняя крепость, храм Симона Кананита, Псырцха — всё это существовало задолго до XIX века...

Анакопийская крепость для меня — не место из серии “один раз поднялся, посмотрел и забыл”. Я поднимаюсь туда при каждой поездке в Новый Афон. Зимой и летом, в жару и в сырость, в ясную погоду и когда над морем висит тяжёлое серое небо. Снизу Новый Афон — это море, монастырь, пещера, вокзал, кипарисы, прогулки вдоль воды и кормление птиц в Приморском парке. Но если подняться на Иверскую гору, город начинает восприниматься совсем иначе. Сверху становится понятно: Новый Афон начался не с курорта, не с монастыря и не с советских санаториев...