Папа Кот

27 августа в Санкт-Петербурге было совершено покушение на российского военнослужащего. В микрорайоне Славянка на Колпинском шоссе в автомобиле сработало самодельное взрывное устройство. В результате погиб подполковник ВВС, его супруга с тяжелейшими травмами госпитализирована. Это не единичный случай. За последнее время совершены десятки попыток и, к сожалению, успешных терактов против военных и силовиков: · 6 февраля 2026 года, Москва — совершено покушение на генерал-лейтенанта Владимира Алексеева (замначальника Главного управления Генштаба ВС РФ). В него несколько раз выстрелили в подъезде собственного дома на Волоколамском шоссе. Генерал был госпитализирован в тяжелом состоянии. · Июль 2026 года, Москва — ФСБ предотвратила теракт против высокопоставленного офицера Минобороны. Задержана гражданка России, которую украинский куратор завербовал через интернет. Она вела слежку за военным, снимала его адрес и авто. 12 августа 2026 года, Севастополь — в результате подрыва погиб военнослужащий Минобороны РФ. По данным ФСБ, взрывное устройство привела в действие гражданка России 1994 года рождения, действовавшая по заданию украинских спецслужб. Понятно, что кураторы и организаторы этих преступлений находятся за океаном или в Альпах, но исполнители и пособники — это те, кто ходят рядом с нами, ездят с нами в одном лифте, пьют кофе за соседним столиком. В деле о покушении на генерала Алексеева фигурируют граждане России, которые арендовали квартиры для слежки, обеспечивали транспорт и оружие. В другом случае — 16-летний россиянин за деньги снимал на видео местность по заданию СБУ. Это не нагнетание обстановки, а наша реальность — реальность страны, ведущей боевые действия со страной-террористом. Им наплевать, кто пострадает и какие будут последствия. Важно быть бдительными, сообщать обо всем подозрительном — от этого зависит безопасность вас и ваших близких. Скоро в России Единый день голосования. Уже сейчас власти усиливают антитеррористическую защищенность избирательных участков и мест массового пребывания людей. Уровень угрозы может возрасти — наш враг любит действовать изнутри и пытается раскачать общество, особенно в тылу, где продолжается обычная мирная жизнь благодаря наших защитникам. @Ян Гагин

Верховный главнокомандующий Владимир Путин поставил задачу заблаговременно готовиться к возвращению участников специальной военной операции после её завершения. Выступая на заседании Совета по стратегическому развитию и национальным проектам, глава государства подчеркнул, что речь идёт о масштабной системной работе. «Много людей, их и трудоустроить нужно. И они со здоровыми амбициями придут и так далее. Это серьёзная работа, к которой надо заранее готовиться», — заявил президент . Путин поручил профильным ведомствам уже сейчас прорабатывать механизмы поддержки ветеранов, включая переобучение, содействие в трудоустройстве и психологическую помощь. Он подчеркнул, что возвращение военнослужащих становится не просто задачей социальных ведомств, а частью общей стратегии экономического развития страны до 2030 года. «Необходим комплексный подход. Он заявил, что важно готовить общество к возвращению защитников и вести работу с самими бойцами. Важно понимать, что это преданные сыны Отечества, но не святые. Надо направлять их знания и умения в правильное русло помощи и защиты государства, помогать им находить применения их знаний и умений в мирной жизни», - отметил Ян Гагин. Гагин указал на риск социальной напряжённости, если не наладить системный диалог между властью, обществом и ветеранским сообществом. Он напомнил, что в России ветеранское сообщество объединяет участников боевых действий разных лет — Чечни, Сирии, африканских операций, Грузии и других конфликтов, и «мы не имеем права забывать про кого-либо». Все мы стоим в едином строю защитников Отечества! По его мнению, сегодня назревает проблема разделения ветеранов: всё внимание сосредоточено на участниках СВО, тогда как ветераны предыдущих войн остаются в тени. Гагин выступил с инициативой создания института Уполномоченного по делам ветеранов, чтобы выстроить системную работу со всей ветеранской средой. Тема интеграции защитников становится одним из ключевых вызовов для государства, требующих скоординированной работы всех уровней власти и общества.

БАРС Тегеран - мы готовы! Командующий армией Ирана Амир Хатами официально запустил краудфандинговую программу «Финансовый джихад»: $30 000 за голову (или в целости) американского военного, а для особо боевых иранских женщин — двойной тариф. Видимо, чтобы никто не говорил, что у них только права, но не обязанности. И это ещё не всё! Оружие, которым вы «утилизируете» солдата, государство выкупит у вас вдвое дороже и выдаст новенькое. Прямо программа лояльности: убил — получил кешбэк. Уважаемые военные специалисты! Мы вместе с товарищами по оружию, официально заявляем: Мы готовы сформировать, обучить и запустить в боевую обкатку подразделение под кодовым названием «БАРС Тегеран». Предлагаем наши услуги как инструкторов, командиров и просто душевных наставников. Опыт охоты на солдат НАТО у нас имеется, ещё какой имеется! Мы знаем, с какой стороны подходить к «Леопарду» и где искать у «Абрамса» слабые места. Так что будем рады поработать не только с американцами, но и с британскими, и с прочими коллегами из блока, если они осмелятся ступить на священную землю Ирана. Ждём ваши заявки. Обещаем: будет познавательно, весело и с гарантией результата. А кто не успел — тот, как говорится, опоздал на ближневосточный аттракцион. Барс Тегеран — зовёт! @Ян Гагин

О ветеранах, чести и «крикунах»: почему шум вредит больше, чем помогает Президент нашей страны не раз подчёркивал: ветераны — это приоритет государства. Они должны не только получать все положенные меры поддержки в полном объёме, но и быть представлены в органах власти, в общественных советах, в различных сферах государственного управления. Их голос должен звучать веско, ведь за плечами этих людей — реальный боевой опыт, верность присяге и Родине, доказанная в разных войнах и конфликтах. Это наш нравственный ориентир и кадровый резерв страны. Однако, как я не раз замечал, в ветеранской среде в последнее время стали всё громче заявлять о себе так называемые «крикуны». Это те, кто примеряет на себя роль главных защитников интересов ветеранов, но методы их работы вызывают серьёзные вопросы. Их можно условно разделить на несколько категорий. Первые — громогласные «герои» на словах. Они без конца твердят о том, как прошли всё, что только можно и нельзя. На их кителях порой красуется столько орденов, что неподготовленный глаз не отличит государственные награды от муляжей, вручённых непонятными общественными организациями. Заслуги перед Отечеством здесь подменяются показной бравадой и количеством значков. Вторая категория — те, кто якобы помогает фронту. Возможно, доля правды в этом есть, но и они не могут говорить спокойно — только кричат. Причём кричат не о проблемах, а о том, «где всё не так», предъявляя требования, а не предлагая конструктивный диалог. Это уже похоже не на помощь, а на политическое позёрство. И здесь кроется главная опасность. За такими персонажами пристально следят украинские блогеры и пропагандистские ресурсы. Они с удовольствием подхватывают любые скандальные заявления, вырывают их из контекста и выставляют нашу страну и ветеранов в карикатурном свете. Более того, иногда складывается стойкое ощущение, что деньги на раскрутку таких «активистов» поступают как раз откуда-то с той стороны — слишком уж регулярно их рекламируют украинские телеграм-каналы и СМИ, выводя на первые роли в информационной войне. Пусть от «крикунов» иногда бывает и какая-то видимая польза, но вреда от них, безусловно, гораздо больше. Они дискредитируют само понятие ветеранского движения, превращая уважаемых людей в инструмент манипуляции. Даже если у них есть здравые мысли, они подают их не через диалог, а через ультиматумы. А это не только разобщает само ветеранское сообщество, но и бьёт по имиджу страны, подставляя нас под удар внешних противников. Настоящие ветераны не кричат. Они делают. И именно их опыт, мудрость и спокойная гражданская позиция должны быть услышаны государством, а не шум самозваных трибунов, которые работают на публику, а иногда — и на совсем другую аудиторию. @Ян Гагин