Дмитрий Шорли

На краю маленькой деревушки, где зимние вечера были особенно долгими, а звёзды казались так близко, что их можно было достать рукой, стоял старенький домик с черепичной крышей. В этом домике жила девочка Лиза — озорная и добрая, но этой зимой её сердце наполняла грусть. Её друзья из города должны были приехать только после Нового года, а в снежной деревне, где каждый дом казался укутанным в белое одеяло, ей было одиноко. Наступил канун Нового года. За окном метель рисовала узоры на стекле, а ветер пел свою песню...

Алексей открыл глаза и замер. Он лежал на полу в комнате, освещённой ровным белым светом. Ни окон, ни дверей — только идеально гладкие стены, пол и потолок. Единственным предметом, нарушающим стерильность пространства, был чёрный монитор на противоположной стене. Как только Алексей попытался подняться, экран загорелся. На экране появилась надпись: «Добро пожаловать. Сегодня ты станешь участником игры. Каждый твой выбор повлияет на чью-то судьбу. У тебя есть десять решений. Готов?» Он застыл. Это был сон? Розыгрыш? Алексей хлопнул себя по щекам, но боль была реальной...

В маленькой, Богом забытой деревушке, что затерялась среди холмов и туманов, жизнь текла тихо и размеренно. Люди здесь жили скромно, занимались хозяйством, а вечерами рассказывали друг другу старые истории. Казалось, ничто не могло нарушить эту тишину. Но однажды произошло нечто странное, что навсегда изменило не только эту деревню, но и весь мир. Началось всё с Марфы, продавщицы деревенского магазина. Однажды утром, когда на рынке было особенно многолюдно, она громко чихнула. Это случилось неожиданно, и к своему ужасу, она обнаружила, что у неё нет носового платка...

Однажды зимним вечером, когда за окном метель рисовала на стеклах узоры, мой сын подошел ко мне с весьма необычным вопросом: — Папа, а почему перед Новым годом появляется так много Дедов Морозов? Он ведь должен быть один! Я на мгновение задумался, ведь объяснить это можно было по-разному. Но вместо того чтобы дать простой ответ, я предложил ему кое-что интереснее: — Давай проведем настоящее расследование! Сын обрадовался, его глаза загорелись от предвкушения приключения. Он тут же принёс блокнот для заметок, ручку и даже лупу — как настоящий детектив...

В маленькой лаборатории на окраине города одинокий изобретатель по имени Андрей совершил прорыв, о котором человечество мечтало столетиями. Он создал устройство для чтения мыслей. Устройство было замаскировано под обычные очки и выглядело ничем не примечательно, но давало своему владельцу неограниченное преимущество в понимании окружающих. Андрей никому не рассказывал о своем изобретении. Он использовал его исключительно в своих целях. Очки позволяли ему заглядывать в мысли людей, предугадывать их желания и мотивы...

Каждое утро в 8:15 он входил в вагон на станции "Кутузовская". В одной руке — чашка кофе, в другой — ноутбук. Его тёмные волосы, всегда аккуратно уложенные, выделялись среди множества лиц. Она садилась на тот же поезд двумя станциями раньше. В рюкзаке у неё всегда лежала потрёпанная книга — то Достоевский, то Хемингуэй. Они замечали друг друга, но их пути никогда не пересекались. Иногда их взгляды встречались: его быстрый, оценивающий взгляд и её спокойный, задумчивый. В шуме вагона, наполненного объявлениями и скрипом тормозов, эти мимолётные моменты были единственным общением...

Когда-то в одном королевстве, раскинувшемся среди зелёных холмов и глубоких лесов, жила музыка. Её звучание заполняло каждый уголок — от пения жаворонков на рассвете до гулких аккордов барабанов на вечерних праздниках. Она была повсюду: в голосах людей, в шепоте ветра, даже в звонких каплях дождя. Но однажды наступило утро, когда мир перестал звучать. Тишина пришла неожиданно, будто чья-то невидимая рука выключила всё разом. Скрипки застыли, как мумии, струны арф порвались, а барабаны покрылись толстым слоем пыли, словно их никогда и не касались...

В одном небольшом, но амбициозном государстве произошло событие, которое изменило ход его истории. Парламент, уставший искать традиционные пути выхода из экономического кризиса и общего упадка духа населения, принял беспрецедентное решение: начать выплачивать государственные дотации людям творческих профессий. В список вошли композиторы, инженеры, писатели, художники, учёные — все те, кто создаёт новое, уникальное и вдохновляющее. Эта новость разнеслась по стране, как летний ветер, разносящий запах свежескошенной травы...

В один погожий субботний день Павел Сергеевич, 35-летний скромный бухгалтер с синдромом Туретта, решил пройтись по парку, чтобы немного развеяться. Павел избегал людных мест, предпочитая тишину и спокойствие, но в этот раз он случайно оказался в эпицентре событий: парк заполнили люди с плакатами и громкоговорителями, протестующие против вырубки зелёной зоны ради строительства торгового центра. Павел понятия не имел, что это за митинг, но попытался пройти мимо толпы, надеясь остаться незамеченным...

Жил-был человек, который всегда одевался по погоде. Летом он выходил в лёгких шортах и яркой футболке, зимой кутался в тёплую куртку, надевал меховую шапку и шагал по сугробам с уверенной улыбкой. Если начинал моросить дождь, он поднимал свой пёстрый зонт, и капли весело скатывались с его краёв. Его гардероб был симфонией практичности и цвета. Казалось бы, что может быть проще, чем жить в гармонии с природой? Но его принципы раздражали одних и вдохновляли других. Особенно недовольными оказались продавцы серых костюмов...

В современной жизни мало кто задумывается, откуда взялся храп. Люди считают его неприятным явлением, изобретая десятки способов борьбы: от специальных устройств до операций. Некоторые даже считают храп проклятием. Но на самом деле, если бы не он, человечество могло бы вовсе не выжить. История храпа начинается в те времена, когда на земле появились первые люди. Мир был суровым и полным опасностей. Повсюду бродили голодные хищники, от которых днем можно было скрыться, но ночью, когда человек становился уязвимым, опасность подстерегала особенно остро...

Когда Николай устроился на новую работу, перед ним встала дилемма, о которой он никогда раньше не задумывался. В первый же день он вошел в утренний автобус, полный пустых сидений, и... растерялся. Где сесть? Рядом с дверью, чтобы удобнее выходить? Или в самом конце, чтобы не мешать другим? Его сомнения не остались незамеченными. Водитель, пожилой мужчина с седыми усами, хмыкнул, отложил газету и махнул рукой. — Иди сюда, парень, — буркнул он и указал на место в третьем ряду у окна. — Садись уже, а то весь автобус задерживаешь...