Оксана Задумина

Осталось только уходить в себя, поскольку никуда идти нет смысла, ведь не прощают вовсе не любя, но любишь ты и я давно зависла. А потому сейчас же и простим обиды те, что причиняют люди, да, жизнь прожить – не поле перейти, и мы другими никогда не будем. В сердцах я тотчас напишу стихи, мой внутренний уход строка залечит, к чужому горю можно быть глухим, но этот путь не для меня, замечу. И в этот раз опять стихи пишу, умело боль свою за рифмы спрячу – прощать по новой как всегда спешу и знаю, что не может быть иначе...

А в возрасте доживанья менять что-то очень трудно – все в прошлом давно признанья, навряд ли нужна кому-то... Надеяться, что найдётся ещё человек по сердцу – химера. Сосуд лишь бьется... Пусть в клетку открыта дверца, лететь далеко ведь страшно – летала, а много ль толку? Раз ты человек домашний – искать, как в стогу иголку, придется потом по сайтам, порхать, молодиться, птахой – все птицы давно по стаям, бесхозные – тоже на кой? Но, если на то решилась, вдовцы нам сейчас в подмогу, и есть в жизни...

Название картины: «Время для размышлений» (Time for reflection), создана в 1994 году. Художник: Чжу Июн (Zhu Yi Yong). Стиль: Современный китайский реализм с элементами импрессионизма. Композиция: Наполненный дождевыми каплями вид за окном контрастирует с тишиной в комнате, подчеркивая тему одиночества и раздумий. Живу казалось бы давно, но до сих пор не стала дока*, смакую жизнь я как вино, хотя она не крепче сока. Смысл жизни не понятен мне и цели ускользают часто, та истина, что есть в вине – чужая, к ней я не причастна...

Вдохновение: "Молодость" Алексей Большаков ссылка Не желаю я возврата в прошлое, ничего не стала б повторять, ни плохого, точно, ни хорошего, даже если просто поиграть в возвращение – навряд ли стала бы, детства повторенья не хочу, к детству у меня сплошные жалобы, юности обид я не прощу. Трудно в жизни всё мне доставалося, ничего почти "за просто так", в памяти зарубками осталася фраза, что жизнь вовсе не пустяк. Ни одной секунды повторения – прошлое всё можно запылить, остаюсь я в настоящем времени, как умею продолжаю жить...

Вдохновение: Валентин Корнев "Я с тобою ночь люблю" https://stihi.ru/2026/06/01/4985 Рядом мы, но не вдвоём, как в песке играют дети, так проходит день за днем – мы за это не в ответе. Так устроена вся жизнь – от любви до отвращенья, говорю себе: смирись, испытаешь облегченье. Все ведь люди так живут –  моментальное сближенье, а потом и там и тут лишь взаимное терпенье. Раз не хочется терпеть, одиночество приветствуй, счастье будет чуть, заметь, жизнь – напиток дюже пресный...

Вдохновение: рецензия на произведение "Про отзывчивость и молчание": "Оксана, это так устроено Свыше: внутри женщины нет способа мыслить, а весь этот аппарат пристёгнут к речевому общению. Как говорит Сатья: в ходе говорения женщина начинает понимать, что именно она хочет сказать. У мужчин иначе". Большаков Алексей https://stihi.ru/addnotes.html?2026/05/28/3210 Сама с собой всё чаще говорю, как будто мне не нужен собеседник, старею – по морщинкам узнаю, но это принимаю без истерик. Всегда любила...

Это стихотворение возникло в ответ на чувства. Так обычно у меня бывает. Я рассказывала о том, что произошло и что чувствовала. ссылка Не напишу – и всё забуду, к чему плохое вспоминать и ставить в памяти запруду, словесный мусор собирать? Но в этот раз совсем другое, хотя другое ли? Как знать: в ответ молчание чужое – его мне как воспринимать? Скорей – отказ, но я надеюсь, дадут позднее мне ответ, я верю и не разуверюсь,  не всё уйдёт с теченьем лет. На просьбу отвечать молчаньем – такое вряд ли я пойму, конечно, я людей прощаю и злобу в сердце не таю...

философская лирика Мой почерк стал ровнее, без углов – наверное, и я теперь другая, гораздо меньше говорю я слов, заметно, что всё чаще уступаю. Прощать умела, но с теченьем лет не то, что не прощаю, просто каюсь, что много слов бросала я в ответ – в стратегии я этой сомневаюсь. Непринужденно нужно уходить, дистанция увидеть помогает, оборвалась ли с расстояньем нить – нас время на места скорее ставит. Я верю и безверья не приму, хотя в пути добро и зло встречалось, а равнодушья вовсе не пойму – ему всегда безмерно удивлялась...

Иронические стихи Неужто не писать мне о любви и дальше лишь сплошная бытовуха? Постарше люди пишут – посмотри, откуда вдруг подкралась эта скука? Советуют писать о хлебе мне,  мол, все поэты славили пшеницу, писали оды о любви к земле... Но как писать, когда я за границей?! Тогда уж о погоде, о весне – вот эта тема точно проходная... Ну, на крайняк, что видела во сне, срифмуй, – и будет память хоть какая! Смеюсь я над собой – такой этап, что про любовь писать мне не охота, верней, желанье есть, сюжетик слаб, твердить о прошлом – гол в свои ворота...

Всего лишь стОят те цветы два сорок девять*, но это вовсе и неважно, – мне скажи, – они сомнения мои могли развеять и стать бальзамом на мгновенье для души?! А я к цветам не проявляю пиетета, пусть непременно сразу в воду ставлю их, но колит слева почему-то в это время, об этом даже написала как-то стих.** Про то, что в вазах не живут, а умирают и красота цветов напоминает мне, о том, что я так постепенно увядаю, хотя как будто внешне всё пока при мне. Нет для меня в любых цветах особых знаков, я...

Время бежит – я фиксирую бег по морщинам, время идёт – замечают всё меньше мужчины, в ноги смотрю – это стало как будто бы важным, проще так мне – я себя не считаю отважной. Раньше была я действительно дерзкой и смелой, делала всё я со страстью и так, как хотела, "хочи" теперь маловато, стремлюсь к созерцанью, стала иной, принимаю себя? – я не знаю. Это же я, хоть и внешне немного другая, вместе со временем в ногу бегу и шагаю, я не отстала, пусть числюсь, конечно, не в первых, в ноги гляжу – сохраняю в спокойствии нервы...

любовная лирика Я говорю, что ничего не помню, утрирую, конечно – память есть, скорее, ничего в уме не строю, запал как будто вышел нынче весь. Я помню, но совсем не те моменты, что составляют этой жизни вязь, а только вспышки молнии и света от страсти той, что через край лилась. Всё в голове, всё наши представленья: и радость, и печаль – как посмотреть, я знаю, что всему приходит время, а двадцать лет – солидный срок, заметь. Зачем пишу? – Чтоб что-то хоть осталось без искажений памяти на дне, чтоб чувство до конца не потерялось в кромешном бесконечном забытье...