Максим Орлов

На последних двадцати метрах чемодан перестал ехать. Одно колёсико упиралось в гравий, второе послушно крутилось в воздухе. Людмила попробовала тянуть под другим углом, потом развернула его боком и наконец понесла за ручку. Небольшой зелёный чемодан оказался неожиданно тяжёлым для трёх ночей у озера. На крыльце стояла женщина в длинном вязаном жилете. — Не надо по камням, — сказала она. — По доскам слева можно было. Людмила посмотрела налево. Там действительно шла узкая деревянная дорожка, которую с дороги закрывал куст...

Сначала Леонид положил в кастрюлю слишком много картошки. Потом решил, что к такой картошке одной морковки мало. А когда дошло до капусты, отступать было уже некуда: суп получался ровно таким, каким он готовил его последние тридцать лет. — Опять заседание? — спросил он у кастрюли. Кастрюля молчала. В ней помещалось шесть литров, но Леонид никогда не наливал до края. Он любил, чтобы половник можно было опустить спокойно, не вытирая потом плиту. На кухне всё стояло по его руке: соль слева, доска у окна, две прихватки на боковой стенке шкафа...

В понедельник утром Павел нашёл на кухонном столе записку: «Котлеты в морозилке. Не забудьте поливать цветок». Ни о завтраке, ни о рубашках, ни о том, как прожить десять дней без хозяйки дома, мать ничего не написала. Зато отец успел сварить кашу, сходить за хлебом и отодвинуть холодильник, чтобы достать упавшую за него крышку. — Ты чего такой? — спросил Николай. — Какой? — Будто тебя без инструкции оставили. Павел убрал записку под сахарницу. Ему было двадцать девять, и последнее время он слишком часто чувствовал себя школьником, которого снова поселили на каникулы в знакомую комнату...

Ксения поняла, что за столом будет кто-то ещё, по третьей тарелке. Не по цветам, не по мужскому шарфу на вешалке, а именно по тарелке: мать достала хорошие, с тонким синим краем, и поставила три штуки вместо двух. — Нина придёт? — спросила Ксения, снимая куртку. — Нет. Женя. Мать произнесла имя так, будто дочь должна была сразу всё понять. Потом сама смутилась и переставила вилку. — Я тебе рассказывала. Евгений. Мы в книжном магазине познакомились. Ксения помнила мужчину, который посоветовал матери какую-то книгу о путешествиях...