Авиакомпания Nordwind

Любая хозяйка уверена: её борщ – эталон, а у соседки так, свекольник недоделанный. И ведь в каждом регионе этот эталон – свой. Ради оригинальных рецептов данного блюда можно облететь полстраны. Готовы составить гастрономическую карту России? Ведь нет ничего лучше, чем прийти домой после долгого дня и почувствовать аромат горячего борща. Его глубокий рубиновый оттенок манит словно огонь камина зимой, возвращая нас в детские годы, когда бабушка ставила на стол тарелки с дымящимся красным супом. Давайте посмотрим, каким рецептом пользуются в вашей семье...

Мой директ официально не выдержал. Когда я написала знакомым из Казани: «Ребята, дайте базу, но не для туристов», – я не ожидала такого наплыва сообщений. Казалось бы, была здесь десяток раз, но этот город умудрился снова меня обставить. И если вы думаете, что видели Казань, потому что гуляли по Баумана и сделали фото у Кул Шариф, – у меня для вас новости. Я – Аня, и я люблю открывать города так, чтобы даже местные округляли глаза: «Ого, а это у нас где?» Чтобы найти то самое место, я не листаю сайты...

В начале 2026 года соцсети внезапно наполнились снимками, на которых люди улыбаются в объективы старых смартфонов, будто мир ещё не знал тревожных новостей, бесконечных скроллов и нейросетевых фейков. Хештег #2016 стал вирусным не потому, что все вдруг захотели вернуться в прошлое, а потому что 2016-й оказался последним годом, когда интернет ещё дышал живым воздухом. Тренд под названием «2026 – это новый 2016» родился как ироничная реакция на выдохшуюся мемную культуру. Поколение зумеров, выросшее...

Мы привыкли воспринимать полёт как нечто обыденное: заказал билет, прошёл регистрацию, уснул под фильм – проснулся в другом городе. Но на самом деле каждый раз мы летим на инженерном шедевре, продуманном до мельчайших деталей, где даже крошечное отверстие в иллюминаторе играет важную роль. Сегодня расскажем вам удивительные, но абсолютно достоверные авиафакты, о которых знают далеко не все. Миф о том, что кто-то может «случайно» открыть аварийный выход в полёте, живуч как мем. На самом деле, давление в салоне на высоте 10 км удерживает дверь с силой, эквивалентной весу слона...

Самолёт – особенное место. Здесь человек оказывается наедине с собой, даже если вокруг десятки незнакомых лиц, шорох страниц и ровный голос бортпроводника. На земле такого почти не случается. Там всегда что-то требует внимания: светофор, уведомление, разговор, срочное задание. В воздухе это всё исчезает. Когда самолёт отрывается от полосы, мир за иллюминатором начинает уменьшаться. Дома складываются в геометрию, дороги теряют значение, знакомые маршруты перестают быть важными. И именно в этот момент возникает желание что-то сказать самому себе – без пафоса, без объяснений, честно...