Ника Шталь | Рассказы

Экран телефона в 18:45 погас, а я всё ещё держала его в руке, словно ледяной осколок. Только что в мессенджере от мужа пришло голосовое сообщение. Обычно он писал. Я включила. Его голос, сдавленный злостью, ударил по барабанным перепонкам: «Света, это последнее предупреждение! Увольняйся с этой своей фигни, или я ухожу. Серьёзно. Решай: или работа, или я. До завтра». Сообщение кончилось. На часах было 18:46. Тишина в квартире стала вакуумной. Я не расплакалась. Не бросилась звонить. Я поставила телефон на стол и медленно выдохнула...

🔥 ПИСЬМО №5: ПЕРВЫЙ КОНТАКТ Дата: 15 марта 2020 года. На экране — два письма, идущих друг за другом. Разница во времени: 14 минут. От: Катя (15:47) «Скучаю. Когда встретимся? Твоя невеста не узнает.» От: Н. (16:01) «В кафе на Тверской. 19:00. Столик у окна.» В тот день, 15 марта, мы с ним выбрали обручальные кольца. Вечером он сказал, что задерживается на «внезапном совещании по проекту». Я поверила. Купила пирог и ждала. А через полгода я начала платить за них ипотеку. 70 000 рублей каждый месяц...

Ужин. Запах гречки и едкий дух старого гаража. Я считаю в уме: ипотека, садик, коммуналка. Он светится, как новогодняя ёлка, и тычет пальцем в экран. — Смотри, «Урал» восьмидесятых! Коллега продаёт — чистая удача! Я молча ковыряю вилкой в тарелке. Всё просто. Моя зарплата с завода идёт в наш общий котёл. Его — на его пыльную мечту в гараже. И это у нас называется «справедливо». — Нужно всего сорок тысяч, — говорит он с восторгом. — Половину я отложил, половину... ну, ты поняла. Я поняла. Его «половину» — это снова мой бонус, который я копила на зимние вещи детям...

Ложка стучала по краю тарелки. Этот звук, привычный, ритмичный, как отбивание такта перед казнью. Я слушала, как мой брат Максим методично размазывает картошку по тарелке, готовясь к монологу. «Тридцать пять лет, Лера. Без мужа. Без детей. Что у тебя есть? Работа, которую в любой момент сократят? Однушка в ипотеке?» Он отложил ложку, посмотрел на меня тем снисходительным взглядом, который копил силу все тридцать пять лет моей жизни. Мама одобрительно кивала, папа смотрел в окно. «Кому ты такая нужна без нас?» — выстрелил Максим...

«Дверь распахнулась, даже не позвонив. И в проеме, как бронированная дверь, возникла она. Свекровь. На ней – норковое пальто поверх домашнего халата, на лице – выражение полководца, занявшего новую крепость. А в руках – два огромных, набитых до отказа чемодана на колесиках. Они грохнули о порог. – Ну, помогай, стоишь как столб! – рявкнула она мне, прокатывая тяжесть внутрь. – Я на месяц! Размести мои вещи, а я чайку попью, с дороги. Воздух в прихожей стал густым и чужим. Она скинула пальто прямо...

Свекровь в норковой шубе вздыхала: «Пенсия двенадцать тысяч, Машенька. Совсем не могу вам помочь». Я молча считала в уме: их коммуналка, ремонт в их квартире, страховка на их машину. Я платила за всё. Три года. Вопрос: А что бы вы сделали на моём месте? Это началось с «помоги с ипотекой, Маша, ты же хорошо зарабатываешь». Потом пришла «коммуналка такая выросла». Потом — «сыночку на новую машину не хватает». Я вела таблицу. Без эмоций. Как отчёт о тушении чужого пожара. Цитаты свекрови звучали как мантра: «Мы бедные старики, ты сильная»...

Его голос ударил в спину из прихожей, пока я разгружала авоськи: — Суббота. Сколько картошки? Тридцать кило опять? Я не обернулась. Спина ныла от тяжести. В пакетах — всё те же ингредиенты для одного и того же ритуала. В голове, как навязчивая мелодия, всплыла формула: 8 гостей × 3 котлеты × 9 лет. Итог пульсировал в висках: 432. Я уже не помнила, как вывела эту цифру. Но она была священной. Четыреста тридцать две субботы. Нож в моей руке привычно впился в первую картофелину. Из гостиной донёсся смех — там уже собирались его брат с женой, вечный «зятек», две сестры...

«– Аня, ну что ты как статуя? Помой за всеми девятью! Ты же не устала? У нас гости!» Голос свекрови, острый и властный, прорезал дымную кухонную духоту. Она не просила. Она ткнула маникюрированным пальцем в раковину, где в остывшей жирной воде грудами лежали сорок тарелок, десятки бокалов и горы столовых приборов. За спиной грохотал телевизор, доносились взрывы хохота и крики детей. Я стояла, прислонившись к холодильнику, и смотрела на эту помойную геометрию. На свои руки в засохших пятнах от соуса...

Стол ломился от еды, которую я готовила три дня. Фарфоровый сервиз, подарок свекрови «на новоселье», блестел под светом хрустальной люстры. Этот свет отражался в полированных яблоках и в глазах моей золовки, Кати, которая не отрывалась от экрана телефона, выкладывая сторис: «Наши семейные посиделки в новой квартирке! #семья #уют #благодарность». Новой квартирой была наша ипотечная трёшка в спальном районе. Ремонт в ней — моя вторая работа на протяжении года. Каждая плитка, каждый метр ламината оплачены моими сверхурочными...

Его голос в кухне прозвучал громче, чем шипение мяса на сковороде: «Мам, она опять мясо пересолила. Слышишь? Я ей сказал». Я замерла у плиты, шумовка в руке. Через арку увидела его: телефон у уха, взгляд, блуждающий по потолку. Он не кричал. Он констатировал. Сообщал важные новости с фронта домашнего быта. Потом он повернулся и протянул мне аппарат. Лицо — каменная маска исполнителя долга. — Поговори с ней. Объясни. В трубке уже слышался знакомый, сухой смешок. Смех, от которого мурашки бежали по спине...

В прошлый раз я нашла конверт с 15 тысячами «на мелкие расходы жены». Вошла в его банковское приложение. И увидела то, от чего у меня перехватило дыхание. Годы мне объясняли, что я «не понимаю в деньгах». Правда открылась за одну минуту. И она была ужаснее любой моей догадки. 🔥 Экран светился холодным синим светом. Первое, что бросилось в глаза — «Основной счёт». Огромная цифра. Сумма, которая могла бы покрыть мои курсы десять раз, купить ту самую машину и ещё остаться. Наши с ним общие накопления? Нет...

Я нашла его случайно, роясь в столе за старыми фотографиями. Толстый конверт. Внутри — пачка хрустящих купюр и записка его почерком: «На мелкие расходы жены. Ноябрь». Я всегда думала, наши деньги — общие. Оказалось, мои — это пятнадцать тысяч в месяц на «мелочи». А всё остальное… было не моим. БЫТОВАЯ РУТИНА: Когда деньги стали тихим упрёком Каждое утро начиналось одинаково. Я вставала первой, готовила завтрак, проверяла список покупок. Мой муж, Максим, уходил на работу с поцелуем в щёку и фразой: «Не трать лишнего, ладно? Скопим на новую машину»...