Nigilist70

Все мы помним знаменитую сцену из «Собачьего сердца», где Полиграф Полиграфович Шариков с подачи Швондера читает переписку Энгельса с Каутским и безапелляционно заявляет: «Да не согласен я». А что, если бы председатель домкома по ошибке подсунул новоиспеченному гражданину Чугункину не марксистскую литературу, а «Преступление и наказание» Федора Достоевского? Каялся бы наш герой? Вряд ли. Скорее всего, знаменитый вопрос Раскольникова «Тварь ли я дрожащая или право имею?» Шариков понял бы слишком буквально — в силу своего собачьего прошлого и пролетарского настоящего...

Признайтесь, сколько недель у вас в школе ушло на то, чтобы осилить «Евгения Онегина»? Все эти бесконечные описания балов, страданий, писем и философских отступлений Александра Сергеевича... Великая классика,...

Все мы с детства помним прилизанную историю о кроткой замарашке, потерявшей хрустальную туфельку 33-го размера, и благородном принце, который обошёл всё королевство ради прекрасных глаз. Красиво? Да. Правдиво? Вряд ли...

Мы все со школьной скамьи привыкли видеть «солнце русской поэзии» исключительно с парадной, безупречной стороны. В нашей памяти Александр Сергеевич — это монументальный гений, трепетный романтик, дворянин в безукоризненном сюртуке и цилиндре. Образцовый классик, сошедший со строгих музейных портретов. Мы знаем его как автора великих строк, защитника чести и безусловный эталон русской словесности. Но ведь за кулисами своего величия Пушкин был живым, невероятно азартным, ироничным и по-хорошему земным человеком...

Каждый раз, когда на календаре сменяется месяц, в литературных пабликах и на поэтических сайтах происходит одно и то же стихийное бедствие. Тысячи авторов, словно по команде гидрометцентра, начинают штамповать рифмы «осень-просинь», «весна-без сна» и «зима-кутерьма»...