Уход близкого на фронт меняет жизнь всей семьи. Одни обязанности приходится брать на себя другим, дети стараются быстрее повзрослеть, а постоянная тревога становится привычным фоном. Но и возвращение мужчины домой не всегда означает, что трудное время закончилось. Как распознать опасные симптомы, поддержать бойца и не потерять близость, «ДК» обсудил с руководителем социально-психологического центра «Точка опоры», клиническим кризисным психологом и гештальт-терапевтом Наталией Палагутой. НЕ ЖДАТЬ, ПОКА СТАНЕТ НЕВМОГОТУ Обращение к психологу многие до сих пор воспринимают как признание, что с человеком «что-то не так». На самом деле специалист помогает психически здоровым людям справиться с травмой, кризисом и сильным стрессом. Поводом обратиться за помощью могут стать тревога, которая не отпускает ни днём ни ночью, беспричинное ожидание обстрела или атаки дронов, бессонница, тяжёлые сны и панические атаки. Насторожить должны потеря интереса к работе и привычным делам, вспышки агрессии, частые конфликты с близкими и желание снять напряжение алкоголем. «Самому можно бесконечно брать себя в руки, но в какой-то момент оказывается, что ты впадаешь в паническую атаку и ничего не видишь. А это чревато тем, что в ситуации, когда нужно себя спасти, ты не среагируешь», – предупреждает психолог. Универсального количества консультаций нет. Иногда человеку достаточно одной или двух встреч, в других случаях требуется более длительная работа. При этом психолог не принимает решения за своего клиента и не раздаёт готовых советов. Его задача – помочь человеку понять собственное состояние и найти подходящий именно ему выход. Главное правило Наталия Палагута формулирует просто: «Если возникла мысль: „А не пойти ли мне к психологу?“ – значит, уже нужно идти». УШЁЛ ОДИН – ИЗМЕНИЛАСЬ ВСЯ СЕМЬЯ До ухода мужчины у каждого члена семьи есть свои обязанности. «До его ухода у каждого были свои роли, свои функции в семье. Потом один человек исчезает – он уходит, его дома нет. И всю структуру приходится перестраивать», – рассказывает Наталия Палагута. Жена берет на себя то, чем прежде занимался муж: решает бытовые вопросы, обеспечивает семью, отвечает за детей. Меняется её распорядок, появляются новые знакомые, занятия и способы справляться с одиночеством. Пока мужчина на фронте, семья живёт в постоянном ожидании. Внешне жизнь может идти своим чередом: взрослые работают, дети учатся, дома решаются повседневные вопросы. Но внутреннее напряжение никуда не исчезает. За время разлуки каждый привыкает жить по-новому. Поэтому возвращение мужчины не завершает кризис, а начинает следующий. Ему нужно снова найти своё место в семье, которая уже изменилась, а близким – принять человека с другим опытом, привычками и реакциями. Особенно непросто, если отец отсутствовал несколько лет. За это время маленький ребёнок мог стать подростком со своим характером и правилами. «Снова нужно что-то делать, решать, подстраиваться, встраиваться. И получаются бесконечные кризисы – ещё и на фоне стресса», – говорит психолог. РЕБЁНОК НЕ ДОЛЖЕН ЗАМЕНЯТЬ ОТЦА Перед уходом мужчина нередко говорит сыну: «Ты тут мужик, занимайся мамой, сестрой». Взрослый может вкладывать в эти слова просьбу помогать близким, но ребёнок воспринимает её буквально и начинает требовать от себя взрослости. Он старается защищать мать, контролировать младших, решать бытовые вопросы и скрывать собственный страх. Такая ответственность может оказаться для него непосильной. Психолог подчёркивает: место отца в семье должно сохраняться и во время его отсутствия: «Папины дела, которые он делает дома, распределяются, если это возможно. Роль отца в семье не должна исчезнуть. Папе всегда должно оставаться место, его нельзя убирать из семьи». После возвращения отца важно не обесценить то, что сын делал в его отсутствие. Нельзя упрекать подростка в том, что он занял чужое место, или резко лишать его самостоятельности. Лучше спокойно обсудить, какие обязанности останутся у ребёнка, а какие снова возьмёт на себя отец. Не меньшее значение имеет состояние матери. Дети замечают её тревогу, даже если она старается ничего не показывать. Поэтому женщине важно не только поддерживать остальных, но и самой обращаться за помощью, отдыхать и восстанавливать силы. «Дети очень чуткие – они чувствуют, если маме нужна помощь. Главное, чтобы мама сама была в более-менее стабильном состоянии. Самое главное – маме набраться сил и ресурса, чтобы хватало на всю семью. И тогда всё выстроится». ДАТЬ ВРЕМЯ ВЕРНУТЬСЯ Приехав в увольнение или вернувшись домой, мужчина часто хочет тишины и покоя. Это не обязательно означает, что он отдалился от семьи или не желает участвовать в её жизни.
фото: Социально-психологический центр «Точка опоры» (СПЦ «Точка опоры») На фронте психика сосредоточена прежде всего на выживании. Чувства, которые мешают быстро принимать решения, отходят на второй план. Вернувшись домой, человек не может мгновенно переключиться и снова включиться в бытовые заботы. «Психика в кризис уходит быстро, а обратно – медленно. Для этого нужна помощь». Обычная просьба передвинуть шкаф, сходить в магазин или заняться домашними делами после пережитого может казаться мужчине неважной и даже бессмысленной. Близким трудно понять такую реакцию, особенно если они месяцами ждали помощи и возможности разделить накопившиеся заботы. Полностью ограждать вернувшегося от семейной жизни тоже не стоит. Главное – не требовать немедленного включения. Можно предложить сходить вместе в кафе или кино, погулять с ребёнком, заняться несложным домашним делом. Но у человека должно оставаться право отказаться и побыть одному. «Это не значит, что ему не надо предлагать. Но нельзя заставлять», – говорит Наталия Палагута. Если раздражение, замкнутость, бессонница, агрессия или другие тяжёлые состояния не проходят, семье лучше обратиться к специалисту. НЕ ОСТАВАТЬСЯ ОДИН НА ОДИН В «Точке опоры» работают с военнослужащими, их жёнами, детьми и родителями. Здесь проходят индивидуальные консультации, терапевтические занятия и встречи групп поддержки. Такие группы дают возможность поговорить с людьми, которым не нужно долго объяснять свою ситуацию. Участники рассказывают о собственном опыте, узнают, как справляются другие, и находят новые знакомства. «Ты понимаешь, что ты не один, не одна. Есть много таких, как я. И вместе всегда справиться легче», – объясняет Наталия. Пока продолжаются боевые действия, число обращений не уменьшается. Но и после их завершения работы у психологов меньше не станет. Людям придётся справляться с накопившимися тревогой и выгоранием, а многим семьям – заново распределять обязанности, восстанавливать доверие и учиться жить вместе. Поэтому откладывать обращение до момента, когда терпеть уже невозможно, не стоит. Чем раньше человек признает, что ему трудно, тем больше возможностей справиться с проблемой.
Давид ХУДЖЕЦ