Со мной не скучно

«Жадная она у меня, мама. Ну ничего, потерпи ещё немного, я всё решу». Ольга застыла в коридоре, сжимая пакет с хлебом и молоком. За дверью кухни муж шептал в трубку с такой интонацией, какой обычно говорят о заклятых врагах...

Ольга застыла в прихожей собственной квартиры и не сразу поняла, что смотрит на три чужих чемодана, которых здесь быть не должно. Из кухни тянуло запахом незнакомой еды. В её любимой чашке с выщербленным краешком кто-то уже заварил чай...

— Завещание оформлено на невестку, а не на вас. Дом и участок — собственность Марины Васильевны, — адвокат снял очки и посмотрел на свекровь прямо. Людмила Викторовна застыла с ручкой в воздухе. Ручка дорогая, позолоченная — специально достала из сумки, чтобы подписать бумаги...

Звонок прозвенел трижды — коротко, уверенно, так звонил только хозяин. Но хозяев в этой квартире больше не жило. Только Наталья и её дочь. Она поставила кастрюлю на плиту, медленно вытерла руки о полотенце...

— Подпиши, Ира. Или ты нам уже чужая? Голос свекрови звучал мягко, почти ласково. Но в этой мягкости Ирина давно научилась распознавать сталь. Тамара Павловна умела говорить так, что каждое её слово казалось нежной пушинкой, а на деле било точно под дых...

Елена нашла эти бумаги случайно. Она искала свидетельство о рождении дочери для школы, перебирала старую папку с документами, и вдруг из неё выскользнул сложенный вчетверо лист. Договор дарения. Квартира...

Марина стояла в коридоре и слушала, как за закрытой дверью кухни её свекровь тихо, но уверенно произнесла в трубку: «Да, Павлуша, всё идёт по плану. Они ничего не подозревают». Эти слова она запомнила навсегда — каждую букву, каждый звук, каждую паузу...

Людмила нашла конверт случайно — он выпал из кармана мужниного пиджака, когда она убирала вещи в шкаф. Плотный, белый, с логотипом нотариальной конторы в левом углу. Внутри лежала доверенность на имя Тамары Ивановны Кошелевой — свекрови...

Горло сжалось так, что стало трудно дышать. Ольга стояла посреди залитой солнцем кухни, но лучи казались ей теперь ледяными, проникающими прямо под кожу. Перед ней, у стола, сидел муж, Сергей, и спокойно пил кофе...

Когда Нина вошла в кабинет нотариуса, первое, что она услышала, был смех. Негромкий, но такой знакомый, что сразу защемило где-то под рёбрами. Так смеялась только Галина, старшая сестра. И смеялась она всегда над ней, над Ниной...

Елена стояла в дверях собственной кухни и не узнавала свой дом. Посреди обеденного стола громоздились четыре картонные коробки, обмотанные скотчем, а в коридоре на её любимом паркете стояли два грязных чемодана с оторванными молниями...

Квитанция выпала из кармана мужниной куртки совершенно случайно. Марина просто хотела забросить вещи в стирку, и вдруг — сложенный вчетверо листок с суммой в четыреста тысяч рублей за строительные материалы...