Не та женщина

Двадцать шестого ноября в Сосновске выпал снег. Не тот первый, октябрьский, который ложится и тут же уходит, а настоящий, хозяйственный, с намерением остаться до апреля. Город сразу притих, как притихают в зале, когда гасят свет перед кино. В девять вечера в музее горели два окна: в кабинете Ксении и в коридоре, где Вера Павловна забыла выключить лампу над стендом «Почётные граждане Сосновска». На столе лежали распечатки. Четыре тысячи двести вопросов от подписчиков, из них отобрано шестьдесят, из шестидесяти надо было оставить двадцать...

Видео №1. 14 октября. 1 мин 47 сек. Кабинет номер двенадцать. Светлый прямоугольник на стене. Директор стоит у стола в сером костюме. На столе, на деревянной подставке, — Аркадий Семёнович, КП-42, впервые за двенадцать лет покинувший фонды. Рядом с подставкой лежат белые хлопковые перчатки, которые Тамара Ильинична выдала под расписку. — Здравствуйте. Меня зовут Артём Голубев, я исполняющий обязанности директора Сосновского краеведческого музея. Вчера Аркадий задал мне вопрос: сколько стоит то, что нельзя посчитать...

Утром Ксения проснулась от того, что телефон вибрировал на тумбочке, как жук, перевёрнутый на спину. Было 6:40. На экране висели сорок три уведомления. Ксения смотрела на цифру, не понимая, откуда она взялась, и вдруг поняла всё сразу, без перехода, как понимают, что забыли выключить утюг. Пост набрал триста восемьдесят тысяч просмотров. Его репостнул областной новостной портал с заголовком «Музейный бобр из Сосновска выступил против нового директора». Его репостнул паблик «Провинция без фильтров», миллион двести тысяч подписчиков, с подписью «Бобр сказал то, что мы все думаем»...

Рынок в Сосновске работал по субботам с семи утра и представлял собой то немногое, что в городе ещё можно было назвать «общественной жизнью» без кавычек и без отчёта для министерства. Здесь продавали мёд, носки, саженцы, рыбу, которую кто-то где-то поймал и не хотел рассказывать где, телефонные чехлы с котятами и картошку трёх сортов: «синеглазка», «рыжая» и «не помню, но вкусная». Здесь все всех знали. Это было главное достоинство рынка и главная его опасность. Ксения пришла к десяти, когда первая...

В пятницу вечером Ксения писала про шапку. Шапку, кроличью, фабрики «Уралочка», 1981 года, передала в фонды гражданка Пермякова. Гражданка Пермякова сопроводила дар запиской: «Носил муж, Пермяков В. И., тридцать лет, на работу и на рыбалку. Больше не носит». Записку Ксения перечитала трижды и решила, что бобр о ней промолчит. Бобр вообще умел вовремя промолчать, этим он выгодно отличался от многих сотрудников министерства. «Пополнение в фондах, — набирала она, подобрав ноги на табуретку, потому что кот Фёдор считал её колени продолжением своей территории...