Не Лапша

— Женя звонила. Что-то у неё с твоей мамой произошло. Говорит, что их высадили из машины, бросили. Верещит, как ненормальная, как обычно. Ничего не понял, понимать не хочу. Сказал ей, что связь плохая, и трубку бросил. — Ерунда какая. А что... — не успела я задать мужу вопрос, как мне позвонила мама. — Мы с Женей в МФЦ встретились. Она увидела, как я в машину сажусь, попросила их подвезти. Я согласилась. Слушай, она такая трудная! Сколько у неё ребёнку? Лет десять? В туалет захотел. Женя потребовала, чтобы я остановилась. Не возле кустиков, не возле торгового центра, а на обочине, чтобы ребёнок вышел и пописал...

Сестра сошлась с мужчиной, который ранее состоял в браке, его дочери одиннадцать лет. У девочки есть младшая сестра, которой четыре года. Пока Даша лишь встречалась с Михаилом, он нормально, без каких-либо условий виделся с дочерью. Но стоило Даше к нему переехать… — Мишка вчера сказал бывшей, что завтра познакомит Милану со мной, — переживала сестра. И не зря. Потому что на следующий день, когда Михаил приехал за Миланой, обнаружил, что девочка не одна, а с младшей сестрой. Девочки ждали возле подъезда. Михаил позвонил бывшей супруге. — Она заявила, что уехала по делам, дома её нет, и если он хочет куда-нибудь сходить с Миланой, то должен взять и младшую девочку, — позвонила Даша...

Многие думали, что Ксюша после расставания с Костей по миру пойдёт. Они прожили вместе шесть лет. У Ксюши двое детей от двух прошлых отношений. Рожать третьего ребёнка она не захотела. Говорила: только после брака, мол, научена горьким опытом. А брат не хотел жениться, но женился бы, если бы Ксюша забеременела. Семью содержал Костя. Ксюша работала буфетчицей в больнице, сами понимаете, какие это деньги. Пособия получала, но это не ахти какие суммы. Отцы обоих детей — должники по алиментам. Брат всегда хорошо зарабатывал. Забрал Ксюшу и детей к себе в трёшку, возил их отдыхать, сделал им временную прописку для садика и школы и каждый год продлевал...

— Совсем обалдели! В садике с Марины просят девять тысяч на выпускной, а она, как лохушка, деньги ищет. На девять тысяч можно ребёнка целую неделю везде водить, развлекать, — заявила мама. — Вроде все будут сдавать, — с сомнением протянул брат. — Стадо! — фыркнула мама. — Не давай Марине денег. Если хочет глупостями заниматься, пусть свои средства на ветер пускает. — Знаете что? Отвергаете — предлагайте. Придумайте программу для племянницы, скажите Марине, что денег не будет, потому что будут парк, цирк и аквапарк, и что сами ребёнка сводите. А не так, что выпускной лишь трата денег зря, а Марина пошла в баню и ни копейки не увидит, — сказала я им обоим...

Я устала. Не вижу, что есть хоть какая-то надежда на то, что всё изменится к лучшему. Была в браке, от мужа родила второго ребёнка. Старшая дочь у меня ошибка молодости, это грубо, но факт. Мне было восемнадцать, отцу дочки — двадцать восемь. Он, узнав о беременности, меня бросил, не забыв назвать идиоткой. Мама и папа говорили, что я должна родить, а ещё что должна иметь гордость и не бегать с протянутой рукой за алиментами. А я и не бегала. Всё сделали приставы. Подала на отцовство, бывший без страха сдал материал для теста, так как был уверен, что это не его ребёнок. Оснований для подобных мыслей у него не было, но это я знала...

Дочь, ей десять лет, сделала шоколадные блины: в обычное блинное тесто она добавила порошок «Несквик». К блинам подала сметану и сгущённое молоко, причём последнее купила на свои карманные деньги. Я сладкое не ем, но, чтобы не расстраивать дочь, одним блинчиком полакомилась. Дочь наелась тремя блинами, остальное осталось нашему папе. Муж любит поесть. У него небольшой лишний вес, потому что еда для него один из лучших способов справиться со стрессом. Да, не самая лучшая пищевая привычка, но его дело. Я замуж вышла, а не в контролёры питания устроилась. Оставшуюся стопку шоколадных блинов он умял...

— Какой у тебя ребёнок хитрый! — обвинила меня свекровь. — Ваши гены, ничего не знаю, — ответила я. Расскажу, почему же Яша хитрый. Муж решил финансово простимулировать сына: мол, если будут все пятёрки за первую четверть, то получит ребёнок пять тысяч рублей. Вышла четвёрка по физкультуре, остальные пятёрки. Я мужу сказала, что можно пойти на уступку и выделить деньги за старания. Муж отказался, так как условия не соблюдены. Раз так, то пусть будет так. Разумеется, ребёнку было обидно. Физкультура, прошу прощения, не самый важный предмет в школе. Я бы вообще хотела, чтобы за такие уроки, как физкультура, изо и труд, автоматом ставили пятёрки...

Мимо моего внимания прошёл тот факт, что соседка стала жить одна, без мужа. И то, что здороваться она со мной перестала, я тоже не заметила. Я с ней здоровалась, она со мной — нет, но я думала: мало ли, в наушниках была, поэтому не услышала, или в новом пуховике меня не узнала. Я живу одна. У соседки был муж. Наши квартиры — напротив. Видимся редко. Единственное, муж соседки помог мне передвинуть мебель. Я в чате дома написала, что разыскиваю мужчину для разовой помощи с мебелью за деньги. Он откликнулся. Пришёл, передвинул, деньги забрал, ушёл. Это было давно. Года за два до того, как соседка развелась, и года за два с половиной до того, как я узнала об этом...

У сына есть чат с друзьями со двора. Они там пишут, когда гулять идти собираются, и спрашивают, выйдет ли кто-нибудь. Так что это была обычная суббота, если не считать того, что свекровь заехала. Сын открыл чат, выслушал несколько голосовых от друзей, нам сообщил, что в комнате порядок, и отпросился погулять. — Как же хорошо нынешним детям! Ни рефератов по библиотекам, ни мультиков по строгому расписанию, ни очередей в телефон-автомат, чтобы друзей собрать, — прокомментировала я услышанные голосовые и сборы на прогулку. — Почему очереди? И как это — телефон с автоматом? — спросил сын. — Раньше не было мобильных телефонов, были домашние и уличные...

Умер у нас с сестрой отец. Он был после развода с третьей женой, имущества движимого и недвижимого не было — готовился к переезду. Квартира и дом, купленные в браке, были проданы и поделены. Машина продана. Три небольших участка, наследство от его родителей, проданы. Вроде он даже билет купил и о перевозке вещей договорился. Думал, переедет, там жильё купит. Не судьба. Умер. Мы с сестрой родные и по маме, и по папе. Во втором и третьем браках детей у него не было. Имеются ли внебрачные — мы не в курсе. Мы с сестрой знали про деньги и переезд. Но сестра сама откуда-то взяла сумму в три миллиона рублей — мол, именно столько у отца на счетах...

Не знаю даже, с чего именно начать. Наверное, надо с золовки. Раньше она жила в нашем микрорайоне, её сын первые четыре года ходил в нашу школу. Потом золовка переехала, но у её сына остались друзья, к которым он иногда приезжает в гости или погулять. Раньше, когда племянник был младше, он заходил к нам. Подрос и перестал. Игорю сейчас тринадцать лет. Наш с мужем сын Юра учится в школе, ему десять лет. С двоюродным братом он, конечно, знаком. Раньше они хорошо ладили, но после переезда золовки общаться практически перестали. В текущем учебном году я трижды покупала Юре сменную обувь для школы...

— Попомни мои слова: разведутся. Как пить дать. Что это за жена такая, которая у матери ночует? Машину она выпрашивает таким образом. Я как считаю: нужна машина — купи и езди. Где сказано, что муж обязан снабдить жену машиной? — рассуждала мама. Да, я тоже слышала, что Вероника повадилась ночевать у своей матери. Потому что у неё появились проблемы с дорогой на работу. Мост закрыли на реконструкцию, а в микрорайоне, где Вероника работает, меняли трамвайные пути. Раньше она на автобусе проезжала мост, пересаживалась на трамвай — около часа дорога занимала. Стало два, потому что объезд и новый автобус вместо трамвая, а автобусная остановка дальше, чем трамвайная...