В октябре 1805 года Барб-Николь Клико осталась вдовой с шестилетней дочерью. Ей было 27. Свёкор собирался закрыть винное дело, но невестка уговорила его вложить деньги ещё раз. Через два десятилетия её шампанское уже упоминал Пушкин. На бутылках до сих пор стоит французское слово veuve — «вдова». Для покупателей начала XIX века оно означало вполне конкретную вещь: теперь делами распоряжается жена покойного владельца. Барб-Николь Понсарден выросла в семье богатого реймсского текстильщика. В 1798 году она вышла за Франсуа Клико...
Популярная наука
Умение шить повышало цену человека на 60%. Сколько стоил крепостной в современных деньгах
Двадцать два года, сапожник, жена умеет стирать. Цена за двоих — 500 рублей. Такие предложения в 1800 году печатали «Московские ведомости». И каждое полезное в хозяйстве ремесло могло сильно увеличить ценник. Но насколько большими были эти деньги? И почему один крепостной стоил десятки рублей, а за другого отдавали сотни? Попробуем разобраться — и прикинуть эти суммы в привычных нам ценах. При продаже имения цену часто считали по числу ревизских душ — мужчин и мальчиков, записанных в переписи. Женщины тоже оставались крепостными, но в эту расчётную единицу не входили...
Что стало с семьёй Пугачёва после его гибели
Семнадцатилетнюю Устинью выдали замуж за Емельяна Пугачёва и объявили императрицей. С мужем она прожила около десяти дней. В городе, куда её отправили после его казни, — следующие 33 года. Туда же увезли первую жену Пугачёва и троих его детей. Двух жён и троих детей Емельяна Пугачёва суд признал невиновными. В приговоре записали прямо: «ни в каких преступлениях не участвовали». 10 января 1775 года, по старому стилю, Пугачёва казнили на Болотной площади. Через две недели его семья оказалась в крепости Кексгольм на Ладоге...
Трое с крыши Рейхстага: как сложилась жизнь Егорова, Кантарии и Береста
Михаил Егоров, Мелитон Кантария и Алексей Берест — трое советских военных, которые в ночь на 1 мая 1945 года подняли над Рейхстагом флаг, ставший Знаменем Победы. Старшим было по 24 года. Войну они пережили все трое, а впереди, казалось, оставалось самое простое — жить. После Рейхстага один работал на молокозаводе, другой — в магазине, третий — в сталелитейном цехе. Но судьбы их сложились по разному. В ночь на 1 мая 1945 года Егорову оставалось четыре дня до 22-летия. Кантарии и Бересту было по 24 года...

