Елена Фирсова

Служители инквизиции смотрели строго, в их глазах поблескивала ярость. И он тщательно отбирал хворост, чтобы подложить его в костер к ведьме. Рядом под пристальным взглядом служителей епископа копошились такие же как он. - Она в прошлом году помогла моей жене разродиться, - с сожалением прошептал мужчина рядом, ссутулившись настолько, чтобы его слова не коснулись слуха палачей. - Говорят, ее охраняла сама Волчица, она спасла ее детёныша однажды, - так же тихо вторил ей другой. - Не придет Волк, он огня боится, - с сожалением почти не шевеля губами произнес ещё кто-то. Хворост валился из его рук, ноги подкашивались, от волнения и боли, которая пронизывала его последние дни. Боль, пришедшая из ниоткуда. Боль, не дающая отдыху и сна. Она мучала его, как дети порою измываются над несчастными брошенными котятами, для которых единственным избавлением от злых рук малолетних стервятников становилась Смерть. Ее голое тело, привязанное к осиновому колу, светилось от отблеска Луны. - Полная, - подумалось зачем-то ему. Каждый раз когда он поднимал свой взгляд... Его начинала волновать ее грудь...нежный округлый животик...манящий треугольник в том месте, где женские ножки соединялись воедино. - Вот бесстыдница, - выругался он. Даже перед Смертью она была прекрасна, и как будто тем самым насмехалась над ними всеми. Невозможно было смотреть и палачам епископа на такое создание Природы, и они подгоняли мужчин, собирающих кострище. - Эх, надо было заглянуть к ней днём раньше, - раздасадовался он, - хоть бы трав своих дала, да боль облегчила. А теперь что? И сама помрёт, и мне никакой радости... И он изподволь бросил гневный взгляд в сторону охраны. - Кто бы ее спас что-ли, - промелькнула в его голове мысль. - Говорят, она благородных кровей, - шёпот как легкий ветерок проплыл над его ухом. Он обернулся. Сосед, держал в руке палки и тихо рассуждал. - Её отец попал в немилость самого Короля... Вот и ее нашли... Эх... - А что она тут одна делала? - уточнил он. - Говорят, сбежала. То ли от мужа, отравив его, то ли от брата... Да уж...в городе про нее говорили все. Женщины больше с опаской, придумывая каждый раз, как она чуть не околдовала их мужей или сыновей, да чего доброго ещё и зятьев. И в то же самое время, эти бабы несли к ней своих детей и внуков, да и сами стучались в ее дверь со своими хворями. Мужчин она принимала неохотно. Несмотря на ползающие вокруг ее имени слухи, ни один в кабаке ни разу не смог похвастаться, что смог насладиться ее ласками. - Надо будет завтра сходить со своей бабой до ее дома, вдруг там растет какая трава. Сорвать да приложить. Вдруг поможет. И он пугливо обернулся в ее сторону. Ведьма, чего доброго сейчас услышит его мысли, и нога совсем отнимется. И тут их глаза встретились. Под ее ногами зачинался огонь, дым опутывал ее, наверное, мужики специально собирали сырой хворост, желая хоть как-то облегчить ее участь. То ли от переживаний, то ли от чего, но такими огромными показались ему ее глаза. Зелёные. - Точно ведьма, - вздохнул он, и не мог оторваться от этого взгляда. Она приковала его к себе. - Третья полочка справа от входа. Баночка посередке. Там твоё избавление, - застучало у него в ушах. Мгновение, и морок отступил. Он стоял около кострища, около неё... - Богиня, - прошептал он ошеломленно, - подбросив ветки в бушующее пламя. Ее пронзительные стоны и вопль оглушили на какое-то время всех. Запах горящих волос и костей...его мутило, он хотел бежать, но слуги Дьявола с особым рвением следили за тем, чтобы зрители оставались в этом театре до конца. 📝P.S. Любое копирование целиком или частями без согласия автора приравнивается к нарушению авторских прав.