Наталья Крамель

Прошло сто восемь часов с тех пор, как я ушла от Данилы, и мое сердце чувствует себя так, словно его пропустили через шредер. Я прошла все стадии потери от оцепенения до гнева, теперь мне просто чудовищно грустно. Я не могу и не хочу есть, спать, двигаться. Я просто пытаюсь не умереть от тоски, придумать повод, чтобы жить. Конечно, главная моя причина все это пережить — Коля. Не будь его, я бы, вероятно, уже наложила на себя руки. Я держусь ради брата, пусть сейчас он мне и не помогает. Коля страшно обиделся на то, что я молча увезла его от Данилы...

Может ли первая любовь определить нашу жизнь? Или все-таки это не настоящие чувства, просто тренировка перед тем, что будет дальше? Предлагаю подумать, почему первая любовь — самая сильная. Я нашла 5 причин. Причина 1: всё было в первый раз Хоть психологи и спорят, когда случается первая любовь и можно ли считать первый детсадовский интерес к противоположному полу любовью, все-таки большинство, на мой взгляд, считает, что первая любовь — это что-то про старшую школу или студенчество. И конечно, главная...

— Ты веришь в судьбу, Нила? Я лежу на траве в нашем особом месте, в розовом саду, где все это началось. Голова Рины у меня на груди. Уже поздно, все остальные давно спят. Это мое любимое время суток, когда мы можем просто побыть вместе. Хотя в такие моменты мне не надо делать вид, что Рина ничего для меня не значит. Кажется, Рина была в моей жизни всегда, но прошлым летом все изменилось от одного простого поцелуя. Ее первого, а для меня — единственного имевшего значение. С того дня мы стали самими собой...

Я сосредоточиваюсь на своем дыхании, позволяя теплой воде из душа снять напряжение с моих плеч. Тетя Маша была удивлена, увидев меня дома так рано, но, похоже, почувствовала, что мне нужно немного побыть одной. Вместо долгих расспросов она просто ушла в свою комнату. Тете Маше шестьдесят пять лет, и у нее трое внуков, с которыми она не видится. Мы снимаем у тети Маши комнату в ее двушке в Бутово. Я знаю, что Коля заполняет пустоту в жизни тети Маши, но я никогда не смогу отплатить ей за то, что она делает для нас...

— Катя, тебе звонят. Я наливаю третью чашку кофе мужчине в костюме и хмуро смотрю на Игоря, владельца кафе в парке Горького, где я работаю. Живот сводит. Интересно, это от голода или от старого доброго стресса? — Иду. Я улыбаюсь посетителю, надеясь, что он оставит приличные чаевые, хоть знаю, что он, вероятно, этого не сделает. На этой работе быстро учишься распознавать типажи посетителей, но я вежлива со всеми. С деньгами туго, я стараюсь ради каждой копейки. Поднимая трубку телефона, я почему-то не жду ничего хорошего...

Я проскальзываю за угол дома, пытаясь найти укромное местечко и спрятаться от мамы. Моя нога цепляется за камень, и я с кряхтением приземляюсь на гравий подъездной дорожки. Боль пронзает колени, слезы застилают глаза, но я проглатываю боль, вскакиваю на ноги и убегаю. Мне нужно сделать домашнее задание, а я не хочу. Я не хочу заниматься чтением, это слишком тяжело. Я прихожу в мою любимую часть сада и вздыхаю с облегчением. Я очень люблю розовый сад. Красивые цвета, сладкий запах, даже жесткие шипы завораживают меня, но больше всего мне нравятся покой и тишина сада...