Власова Марина

— Подожди, не убирай телефон, — сказала я дяде. — Я хочу ещё раз услышать мамин голос. Мы стояли возле старой калитки. За спиной у Владимира был мамин участок, на котором я не появлялась почти два года. Сестра Мария держала папку с бумагами, а дядя прижимал телефон к ладони, словно я собиралась его отнять. — Ты уже всё слышала, Ангелина. Чего ещё? — Последнюю фразу. Владимир вздохнул, открыл запись и прибавил громкость. Сначала послышался шорох, потом мамин кашель. Голос был слабее, чем я помнила, но я узнала его сразу...

Матвей провёл серым карандашом по плану дома, закрашивая прямоугольник моей комнаты. Бумага лежала на кухонном столе, прижатая сахарницей, а рядом стояла чашка с недопитым чаем. — Подожди, — я придержала лист за угол. — Что ты делаешь? — Отмечаю помещения, которые надо освободить. — Это моя комната. — Пока твоя, Диана. Мы же собираемся дом делить. Не будем каждый раз к этому возвращаться. Я посмотрела на план внимательнее. Моя комната уже была закрашена, причём аккуратно, в несколько слоёв. Матвей лишь подправлял край возле коридора...

— Оль, подержи этот рулон, я его в машину отнесу. Надежда протянула мне тяжёлую папку из плотного картона, перетянутую выцветшей тесьмой. На обложке карандашом было написано: «Жакеты женские. Основная группа». Я поставила папку обратно на стол. — Надя, ты ведь не собираешься отдавать всё подряд? — А что оставлять? — Сестра поправила тесьму. — Мы же решили продавать архив. Вот я и собираю. За её спиной вдоль стены стояли раскрытые коробки. В одной торчали большие бумажные лекала, в другой лежали кальки, свёрнутые трубками...

— Ты зачем ремень снял? — спросила я брата, остановившись посреди мельницы. Арсений стоял возле привода с гаечным ключом в руке. Широкий ремень, который раньше соединял двигатель с главным валом, лежал на полу. Рядом валялись снятые защитные кожухи. — Чтобы потом не возиться, — ответил брат. — Я с разборщиком договорился. Заберут всё, что представляет ценность. Я поставила сумку на мешок с зерном. Приехала посмотреть, почему после смерти отца мельница перестала принимать заказы, а обнаружила, что её уже готовят к разборке...