Моменты

— Ань, только не начинай опять, — Марина даже не успела разуться, а голос матери уже донёсся из кухни. — Я ведь не для себя прошу. Я прошу на всякий случай. Марина замерла в прихожей с пакетом молока в одной руке и детским самокатом в другой. — На какой ещё всякий случай, мам? Мать вышла в коридор, вытирая руки о полотенце. На ней был тот самый передник с лимонами, который она надевала, когда собиралась быть «доброй и домашней». Это всегда настораживало. — Ну мало ли что, — сказала она тем самым мягким голосом, которым обычно начинались неприятности...

— Он просил меня ничего тебе не говорить до свадьбы, — тихо сказала мать, не поднимая глаз. Лера застыла в прихожей с пакетом мандаринов в одной руке и коробкой пирожных — в другой. — Кто просил? — переспросила она, хотя уже знала ответ. Мать провела ладонью по шали на плечах, словно ей вдруг стало холодно. — Артём. Лера медленно поставила пакет на тумбу. — Мам… что значит — ничего не говорить? О чём? Мать ответила не сразу. Только вздохнула, словно собиралась нырнуть в ледяную воду. — О даче. — Лер, ты где мои ключи от машины видела? — крикнул Артём из комнаты...

— Сергей Николаевич, я вам сейчас очень коротко всё объясню, — сказал Артём, стоя в прихожей с рюкзаком и дорожной сумкой. — Очень коротко и очень понятно. — Да что ты так волнуешься? — хозяин квартиры уже заранее обиженно поджал губы. — Я, между прочим, не первый день на свете живу. У меня таких арендаторов было... — Я верю, — быстро сказал Артём. — Но всё равно. Я уезжаю на три недели. Ключи вам оставляю только на крайний случай. Только если что-то потечёт, замкнёт, задымится, или если вам нужны будут счётчики...

Лена всегда жила так, будто настоящая жизнь начинается не сегодня, а сразу после того, как она еще кое-что доделает. Сначала — после диплома. Потом — после испытательного срока. Потом — после повышения. Потом — когда накопит на первый взнос. Потом — когда закончит ремонт. Потом — когда закроет кредит. А пока, разумеется, не до глупостей. — Лен, в пятницу едем за город, — сказала как-то ее коллега и единственная близкая подруга Полина. — Снимем домик, шашлыки, озеро. Поехали? Лена даже не подняла головы от таблицы...

— Мам, по пунктам, — сказала Лера, держа в одной руке ключи, а в другой — поводок, которым в этот момент никто не пользовался, потому что кота на поводке не выгуливают, но она машинально схватила первое, что лежало у двери. — Первое: Персик. Корм утром и вечером. Не надо ему колбасу. Не надо ему сметану. Не надо ему «чуть-чуть со стола». У него после этого живот. — Господи, Лера, — с достоинством ответила мама, застёгивая пальто, — я двоих детей вырастила. Как-нибудь и кота не уморю. — Вот именно, ты двоих детей вырастила в девяностые, а у Персика чувствительное пищеварение...