Инженер-строитель

Я стоял, вжавшись спиной в стену, чтобы меня не сбила с ног жена дяди Вити, и понимал: вот он, провал. На кухне 9 квадратных метров одновременно не могли открыться холодильник и посудомойка. А виноват был я, с моим «идеальным» дизайн-проектом. Всё началось с того, что я решил блеснуть знаниями эргономики перед Катей, молодым архитектором. Когда тетя Лида, жена дяди Вити, попросила сделать «кухню как в журнале», я с энтузиазмом взялся за дело. Катя нарисовала потрясающий проект: угловой диванчик, барная стойка, встроенная техника, фартук из стеклянной мозаики...

Я стоял по щиколотку в ледяной жиже, смотря на плававшие рядом кухонные отходы, и думал: вот он, мой диплом с отличием по инженерной экологии. Превратился в это зловонное болото на участке дяди Вити. Всё началось с моей гениальной идеи сэкономить 100 тысяч рублей. А закончилось вдвое дороже и вот этим... апокалипсисом. Когда встал вопрос о канализации для нового дома дяди Вити, я с умным видом заявил: «Зачем нам переплачивать за готовый септик? Сделаем сами — дешевле и эффективнее!». Я нашел в интернете схему «трех колодцев из бетонных колец» — якобы это аналог дорогой станции биоочистки...

Я сидел в уютной гостиной каркасного дома, который мы построили для дяди Вити, и слушал, как завывает метель за стеной. В доме было +23, хотя печь топили шесть часов назад. И я вспомнил, как полгода назад дядя Витя скептически хмыкал: «Каркасник? Это же тот самый дровяной сарай, который сдует первым ураганом?» Сейчас он пил чай у камина и улыбался. А все благодаря тому, что мы с дядей Сашей прошли настоящую битву с предрассудками. Когда дядя Витя решил строить дом, я, вдохновленный финскими и канадскими технологиями, предложил каркасный вариант...

До сих пор помню тот хруст. Не сухих веток под ногами, а тлеющей древесины в стене. Это был звук моего провала. И он едва не стоил дяде Вите его новой бани. Всё началось с того, что я был уверен: после курса электротехники в универе я знал об электромонтаже всё. Когда дядя Витя решил провести свет в свою новую баню из оцилиндрованного бревна, я вызвался помочь. "Дело-то нехитрое!" — уверенно заявил я, размахивая схемой, которую мы составляли с подругой-архитектором Катей. Красиво, эстетично, розетки спрятаны, выключатели в стиле ретро...

До сих пор не могу забыть тот запах. Сладковатый, тяжелый, въедливый. Запах грибка, впервые появившийся в идеально утепленном доме моего дяди Вити через полгода после нашей "победы". Это был не просто неприятный аромат — это был запах моего провала. И он стоил нам 200 000 рублей на переделку. Все началось с моей дипломной работы по современным методам энергоэффективности. Я бредил точными расчетами, коэффициентами теплопроводности и зарубежными стандартами. Когда дядя Витя пожаловался на большие счета за отопление в своем старом кирпичном доме, я воспрял духом...

Меня зовут Максим, мне 22, и я совершил самую большую ошибку в своей жизни. Не на экзамене по сопромату, а на реальной стройке. И это едва не стоило мне чужого дома. Я был уверен, что знаю о фундаментах всё. На третьем курсе строительного университета я с умным видом читал лекции одногруппникам о том, что «лента — это классика, а плита — избыточна». Летом я устроился прорабом на участок к дяде Вите, своему дяде, который строил дом. Он доверял моим «профессиональным» знаниям. А я, горящий юнец, рвался блеснуть навыками...